Рабство. Маги. Суета.

Затем, когда власть будет у него в руках, он обещал мне свободу. Я же надеялся получить свободу раньше. Главное — не погибнуть за двадцать четыре боя.

Мы тренировались с ним уже почти месяц. За это время я изучил стойки, приёмы, научился правильно держать меч. Прогресс был налицо, хотя в спаррингах с Каварлом я всегда проигрывал, а в спаррингах с другими гладиаторами побеждал лишь в половине случаев. Так что, хотя у меня и был хороший учитель, опыта мне пока не хватало, ведь большинство гладиаторов очутились в школе гораздо раньше меня, а у многих, кроме того, до рабства был ещё и боевой опыт.

На лекциях, проходящих ежедневно после зарядки, я узнал, что обычно мало кому из гладиаторов предоставляется возможность провести двадцать четыре боя. Как правило, в какой-то момент гладиатор, если даже остаётся жив, получает раны и травмы. А сражаться с раненым гладиатором молодые орки не желают. Это для них ниже чести воина. Орк, убивший слабого противника, хотя и будет считаться взрослым мужчиной, но будет вынужден всю оставшуюся жизнь выслушивать шутки и подтрунивания друзей.

Поэтому таких гладиаторов выставляют на бои против других гладиаторов или против диких животных. Толпа зрителей на арене охотно платит деньги за такие развлечения, а каждый такой бой засчитывается за одну победу. Победить в подобных сражениях гораздо сложнее, так что травмы в боях с орками получать нежелательно.

С утра мы делали пробежку, затем слушали лекцию, после обеда занимались на мечах, а после ужина проходили полосу препятствий.

С луками на стрельбище никто не занимался. Как оказалось, оно предназначалось для тренировок орков, когда праздник Светила закончится. Так проходили день за днём. И вот наконец наступил день накануне праздника.

В этот день не было никаких тренировок. Гладиаторам отдавали почести наравне с юными орками. Всю следующую неделю будет решаться наша судьба. Большинство погибнет. Поэтому нам давали напоследок насладиться жизнью. Нас выпустили из камер. На тренировочной площадке был накрыт торжественный стол.

Мы могли есть столько, сколько влезет, отдыхать сколько хотели и делать что пожелаем. А вечером нам привели рабынь.

Наверное, моя Катя ещё ждала меня на Земле, но, возможно, я доживал свои последние дни. Так что я, не задумываясь, овладел рабыней. Она была смуглой и темноволосой, и от неё приятно пахло цветами. Мы наслаждались друг другом всю ночь, а утром мне не хотелось с ней расставаться. А она не хотела уходить от меня.