Рабство. Маги. Суета.

По крайней мере, мне так казалось. Но рабская судьба не позволяет делать какой-либо выбор, так что…

На следующий день в казарму привели юных орков с родителями. Нас выбирали словно товар. К ящеру была настоящая очередь. Не так много было в рабстве ящеров, так что он был настоящей диковинкой. Все хотели сразиться с ним. Немало было желающих сразиться с гладиаторами в клетке напротив меня. Когда же орки проходили мимо моей клетки, все они презрительно фыркали. Видимо, не создавал я впечатления достойного соперника.

Постепенно хозяин школы снижал цену за меня, и в какой-то момент меня тоже начали выбирать в качестве соперника. Желающих было четверо. За день как раз позволялось проводить не более четырёх боёв с одним рабом. Далее считалось, что гладиатор устаёт и драться с таким означает себя не уважать.

Нас повели на арену. Она находилась через пару домов. Нас не вели за руки, на нас не было кандалов. Считалось, что так нам отдают последние почести. Этим воспользовались двое молодых гладиаторов, живших в камере возле меня.

Они решили сбежать. Но не успели они отдалиться и на десяток метров, как были убиты стрелами, пущенными в спину. Бежать считалось позорным для гладиатора. Таких мертвецов просто скармливали эйхо, в то время как поверженных гладиаторов хоронили со всеми почестями.

Мы пришли на арену, спустились под неё, в специальное помещение, где гладиаторы ждут своей очереди. Нас выпускали по одному. Мне было нехорошо. Моя очередь никак не наступала, а ожидать было всё тяжелее.

Сейчас решится моя судьба. Может, ничего плохого со мной не случится, а может, я погибну или стану калекой.

Томительное ожидание закончилось, меня выпустили на арену. Арена напоминала Колизей в миниатюре. Я никогда не был раньше в Италии, но судя по фильмам и изображениям в интернете, которые я видел, он был намного больше.

Светило было в зените. Орки-зрители на трибунах аплодировали, предвосхищая предстоящее кровопролитие. Высоко в небе парила какая-то хищная птица. Прекрасный день, чтобы умереть.

Ну а что такого. Как только я вышел на арену, страх куда-то исчез. Я смотрел на своего соперника, худощавого молодого орка, вооружённого, как и я, коротким одноручным мечом, и готов был убить его.

Распорядитель крикнул:

— К бою!

Экипированы мы были одинаково. Голову сверху и с боков защищал бронзовый шлем. На тело был надет доспех, состоящий из тканевой основы, на которую были нашиты бронзовые пластинки, скреплённые проволокой друг с другом.