Раубриттер

- Ещё в письме сказано, что вы будете обижать купцов, так защиты нашим купцам от вас не давать.

Волков опять кивнул.

- Как же так? Отчего так? - Не понимал капитан.

Этим непониманием и этими вопросами он уже начинал раздражать кавалера.

- В письме сказано, я вам говорить не должен. Коли знать хотите, так пишите архиепископу.

Видно, другого ответа капитан и не ожидал, сказал только:

- Об одном попрошу, купчишек наших обирайте без крови и лютости, последнего не берите. Купчишки наши с городскими нобилями в родствах состоят, с земельными сеньорами в близкой дружбе, как бы они не собрались вам отпор дать и без меня.

- Хорошо, - сказал Волков. - Всё будет по-божески.

Больше говорить было не о чем, на том и расстались. И ушёл от капитана Волков, не очень на того надеясь, уж больно не нравилась капитану вся эта затея архиепископа. Капитан этого и не срывал.

Они нашли первый попавшийся кабак, который можно было считать более или менее приличным, расположились там и заказали еду.

Потом он помылся, Сыч ему помог, и лёг спать.

Тут, в Эвельратте, он решил купить то, что было ему нужно. Он походил с утра по лавкам и понял, что цены здесь не выше, чем в Малене, поэтому он и начал покупать. Хоть и жалко было ему денег, но эти покупки были необходимы. Начал с башмаков и сапог. Его люди были действительно плохо обуты, да и одеты плохо. А для того, чтобы хорошо ходить, нужна обувь. Все старые башмаки, все латаные сапоги, все, что можно было купить по бросовой цене, он стал покупать.

Сапожники и старьёвщики, прознав про то, тащили ему всё старьё, всё заплатанное и всё дурно сделанное. Затем и одежду ему понесли. Сыч и монах помогали ему, брали только крепкую. Панталоны, штаны, куртки, рубахи, чулки и носки - всё, всё, всё. Всё, что зависелось, всё, что криво сшито, лишь бы было крепкое и дешёвое. Пришлось послать Максимилиана за телегой, так много всякого хлама нанесли ему горожане. А затем он прошёлся и по мастерским. Брал у мастеров стёганки и куртки из плотного войлока - лучшую одежда для стрелка. Купил и шлемов двенадцать штук. Кое-где кривые, а какие и ржавые. Ничего, выпрямят и почистят. Как в деле окажутся, так и кривому шлему рады будут. Брал и железо, всякую рухлядь, тесаки без ножен да кривые ножи, те, что побольше. Набрал всего целый воз с верхом.

А заплатил всего двенадцать монет серебра. И посчитал, что это была хорошая торговля.

Так за делом торговым весь день у него и пролетел, не заметил, как проголодался.