Ученик. Второй пояс

Они теперь и с другими людьми поддерживали ту же игру, что начали в лесах Саул — говорили по очереди. Правда теперь делили поровну не мой возможный гнев, а моё внимание, свои обязанности и заслуги.

— Господин Римило Арадеш путешествует с сестрой.

Я много думал, каким же мне именем назваться. Леграда ищут в пяти фракциях юга, Даргела тоже. Хотел было снова взять имя Ирама, который так помог мне в Ясене Первого пояса, но затем вспомнил об отце. Он мечтал попасть в Первый пояс. Я выполнил его мечту. Сделал большее, ведь вокруг Второй пояс.

Думаю, отец ни за что не отказался бы пройти его целиком, по кругу. Пусть он умер, но хотя бы его имя повидает земли и города Второго пояса. Юг мы уже видели, теперь нас ждёт восток Пояса.

Для большего веса я решил назваться выходцем из небольшой семьи. Что-то вроде тех сорока семей, которые считались уважаемыми в Морозной Гряде и слугой которых я притворялся при переходе из Первого во Второй. Это гораздо весомей, чем просто вольный идущий Римило с отрядом.

Кто знает, как сильна моя семья, которая живёт далеко на западе Пояса? Может, эти люди за моей спиной всё, что у неё есть, а может быть, это лишь крошечный отряд, который я согласился взять с собой по настоянию старшего брата.

Все эти мысли наверняка промелькнули у стражников в голове. Старший переглянулся со своими людьми, хмыкнул:

— Добро пожаловать в город, уважаемый Римило Арадеш.

И шагнул в сторону, открывая нам дорогу на площадь проверки.

Имя семьи... С этим оказалось сложно.

Я хотел взять что-то связанное с Нулевым. Но Арройо, Крисол и всё подобное звучало очень странно. Да и слишком явно намекало о моих корнях любому, кто немного знал о Нулевом. Вроде, я этого и хотел, но тогда пришлось бы слишком много врать о том, что это дань уважения прошлому семьи и прочее. Выдумывать о каком-нибудь деде, который поднялся оттуда. А я, после произошедшего несколько недель назад с Нарашем Саул, хотел бы избегать лжи в разговорах. К чему врать на пустом месте?

Ведь всегда может не повезти и я снова встречу человека, который ощущает правду и ложь.

К счастью, я вовремя вспомнил о посиделках у костров, с кувшином вина, в которых так любил участвовать отец. И об одном из героев Крисола, имя которого частенько вспоминали, когда речь заходила о Монстрах.

Это то, о чём могут знать только те, кто сам жил в Нулевом. Да и то сомнительно — я жил, а это имя едва вспомнил. Но всё же достаточный намёк и достаточная дань моему прошлому.