Черные стрелы

– Я чувствую, как наверху льется кровь. Час расплаты пробил и меня уже никто не остановит.

- Ты чудовище… - затрясла головой Линна. – Ты не мой сын. Ты – монстр!

 Женщина выпустила мертвую Милу. В  дрожащих руках появился узкий нож. Вскочив на ноги, она попыталась ударить Кирана в грудь, но выстрелившие из стен корни, словно стрелы, пробили тело Линны в десятках мест, заставив ее замереть неподвижно. Кровь брызнула во все стороны и нож упал на землю. Капля крови Линны, попавшая на лицо Тенро, еще не успела остыть, как корни-жала снова спрятались в стенах, с мерзким звуком покинув тело женщины, и Линна замертво рухнула рядом с дочерью.

 - Ублюдок!.. – Тенро затрясло от ярости, и он рванулся с удвоенной силой, пытаясь сбросить свои путы. – Это же твои родичи! Твоя плоть и кровь!

- Теперь нет, - равнодушным тоном отозвался Киран. Из отверстий в стенах заструился туман, окутав саваном тело юноши. – Я слышу, я снова слышу ее голос! Еще немного крови и мы воссоединимся вновь… - с каким-то пугающим благоговением зашептал Киран, распахнув ставшие невероятно яркими глаза и уставившись в потолок.

- Проклятая тварь! – Тенро тщетно напрягал мускулы, в попытке освободиться, но корни держали крепко. – Убийца! – Проклиная собственное бессилие, охотник плюнул в сторону Кирана.

- Не тебе меня так называть. Не тебе и не тем, кто сейчас тонет в собственной крови там, наверху!

- Ты бредишь! Туман помутил твой разум, сделав тебя своей игрушкой! Ты, только что, убил собственную мать и сестру!

- И что с того? – Спокойно спросил Киран.

Его голова медленно приподнялась, и разгоревшиеся глаза впились в охотника. – Моя мать сама, вместе с остальными,  отослала меня на войну, на смерть. Теперь же, когда я вернулся, хотела меня убить. Что же до моей сестры, что ж, она, пожалуй, единственный человек здесь, кто искренне был рад моему возвращению. Она ухаживала за мной, рассказывала о тебе. Но ее жертва была необходима, а ты пришел слишком поздно, чтобы спасти ее, как и я когда-то… - Киран надсадно рассмеялся и его смех походил на карканье ворона, кружащего над свежей могилой.

- За что? За что ты убил ее!?

- Так ты не знаешь?  - кажется, почти полностью сокрытый туманом юноша удивился. – Ах, ты же тогда воевал. Знаешь, я бы, пожалуй, даже отпустил бы тебя. Ты всегда нравился мне, всегда. Но не теперь.