Дети Импульса

Эдэя прислушалась к океану спектральных гармоник. Искра, что ассоциировалась с Ником, безвозвратно ушла, сметенная буйством стихии.

С надломленным шорохом, расходясь беловато-желтыми трещинами, пригнулись к земле стволы деревьев. Взметнулась к непроницаемым небесам листва. Заключительным аккордом ветвистая молния озарила темноту призрачным сиянием и... Дом Стэллы Фэль перестал существовать - в бледно-голубом сиянии разлетелся клочьями плотного тумана, оставив после лишь бесформенную котловину, опаленную гнетущей тишиной.

В очистившемся небе проявилась бледная капля луны. Стало светлее.

Из-под завала ветвей молча выполз Гранатов и с недоверием уставился на последствия катастрофы. Первый вопрос, обращенный к темноте, почти смешон:

-А где дом?

Эдэя кряхтя села. Проверила пульс у Руби и пристально посмотрела на растерянного УКОБовца:

-Там.

-Где «там»? - Загадок Мар не терпел. С шумом отвалился в сумрак обломок. – Кажется, ребра к хренам... Эдэя, нам предстоит долгий разговор…

Легким стоном к сознанию вернулась доктор.

Узрела над собой лицо майора Рос, перемазанное грязью, и вздрогнула:

-Уже все?

-Да, Руби, - ответила Эдэя и не поверила себе.

Глава 11

Мир пылал. Оранжевые, алые и багрово-черные цветы - взрывы безумствовали средь мрачного ландшафта. Когда-нибудь средь пламени возникнут гористые континенты, омываемые туманными океанами, а пока лишь вулканическое буйство терзало пространство от горизонта до горизонта. Конусы извержения рокочущими исполинами возвышались над трещинами, дышавшими багрянцем; огненные фонтаны взметали к низкому небу снаряды раскаленных пород.

Серный запах путался с вязкими лентами магмы.

Пульсации красного.

Апокалиптическая дрожь земной коры и черные пепельные клубы.

Он помнил. Помнил великолепно... Когда-то на стыке мрака и дня сбежал в этот мир от ночных кошмаров. Неосознанно выбранная точка Средоточия, чье пламя сожгло, вернуло рассудок и изъяло душу.

Алые россыпи жара прикоснулись к телу первыми жалящими укусами.

Бесшумным, единственно светлым отблеском, схлопнулся тоннель перехода.

Опустошитель неторопливо осмотрелся. Он вновь вернулся, будучи на распутье и, видит небо, ему здесь понравилось. Первобытная неконтролируемая дикость…

В горле сжался болезненный крик. Память... Память подарит власть над спектрами и поможет вернуть утраченное. Клинок уже есть - намертво зажат в руке, сведенной судорогой. Доспехи?

Димп обратился к хрустальному переплетению бесконечности миров.