Дети Импульса

-Ерунда, - отмахнулся гном. Похлопал по боку. - Белые одежды мастера, зря хлеб не едают. Я тебе так скажу: побыть денек раненным даже на пользу... А то шастают, как на променаде…

-Тогда рассказывай. Желтоглазый небось уже все выпытал?

-А то. - Бэрит огладил бороду. Покосился на скрещенные клинки, оккупировавшие стену. - Рассказывать особо нечего... Сам понимаешь: после Паллады все в диковинку… Но приняли изрядно хорошо. Т’хар справный властитель, - внезапно объявил дгор, точно доказывал. – Я оценил… хотя во дворце не пробыл и седмицу.

Захотел увидеть Груэлл.

-И как оно? - Михаил припомнил свое первое появление в этом мире. Лепур, поисковая команда, рыжеволосый Турн, Дзейра, Брон и Война с большой буквы.

-Понравилось. - Взгляд гнома затуманился. - Побывал в Стегарде, увидел знаменитые сады на холмах; навестил Ваар - проплыл вдоль побережья. Видел пару портовых городов, но до столицы - Чеера - так и не добрался: потянуло к родному. Думал, навещу Бриндгор, увижу маленький народ.

.. Но горы не понравились: слишком мрачно. Камни и лед. В Дгор-рьине душа, конечно, радуется, но пейзаж... Привык, знаешь ли, к чистому горизонту, а там, куда ни глянь, скалы. А вот мастера в Рьине подобрались отменные. - Бэрит кивнул на клинки: - Прикупил по случаю.

-Да ты непоседа, - констатировал Михаил. - У алькарийцев побывал?

-Само собой. Махнул прямиком в Альтолис... Признаться, такого красивого города еще не встречал. Представь, едешь ты с караваном - дорога петлей, в колеях лужи, повсюду столетние деревья и вдруг лес превращается в легчайшие, почти невесомые здания.

Тогда чуть из седла не выпал. - Гном на секунду умолк. - А небо после ливня видел?

-Зрелище стимулирует.

-Согласен.

-Прижился значит... - Михаил сосредоточился на сколотом ободке кружки.

-Скорее да, чем нет. Есть друзья, работа... - Бэрит задумался. И неожиданно распрямился в кресле: - А помнишь…

Настройщик усмехнулся: встреча старых друзей всегда задает вопрос «а помнишь?».

Великий вопрос, ностальгический, что позволял отринуть хетч настоящего и окунуться в картины минувшего. Память злодейка, но иногда добра – под хорошую компанию.

Давно остыл чайник, сметены последние крошки, упомянуты знакомые и полузабытые лица. Продемонстрированы достойные элементы бытия... Но время неумолимо. Внутренний таймер, чека, свойственная димпам, взывала к возвращению к прозаичной реальности, что не изобиловала приятностями...

Черное небо.