Нижняя Москва. Война на уничтожение

Прошу срочно отправить меня спецрейсом в Стамбул.

– Ярослав, у СБ есть резидент в Иерусалиме и много информации по Ближнему Востоку. Вы не желаете ознакомиться?

– Спасибо, воевода. Тогда – прямо сейчас. Ваше высочество, могу я считать, что вы утвердили миссию на Ближний Восток?

– Да поможет тебе Род. Действуй.

По иронии судьбы, курьером, доставившим эсбэшные материалы, оказалась Вероника.

– Надо же, полтора года здесь не была, а в твоей квартире ничего не изменилось.

– Потому что здесь практически никто и не бывает.

С Гюль жил в Серебряном Бору, хотя больше по свету мотался. Даже г’торхи перестали наведываться.

– Скучаешь?

– По ним – нет. По тебе… вспоминаю.

– И?

– Нет. Сложно объяснить. Мне сейчас нельзя. Да и ты вроде не одна?

– Как бы не одна. Есть такое неопределенное и всеохватывающее слово – отношения. Женщины любят понимать их как гражданский брак, парни – как нечто сравнительно постоянное, но избавляющее от необходимости делать предложение.

Да я и сама не рвусь.

Артем оторвался от сбора вещей и присел к столу.

– Ладно, проехали. По крайней мере, пока. Что ты принесла?

Она извлекла из сумочки прозрачный пластиковый прямоугольник.

– На свадьбу ты меня не пригласил. Поэтому запоздалый подарок.

Он взял его в руки. Пластик неожиданно приобрел цвет.

– Похоже на обычный смартфон.

– С тех пор как ты не ходишь наверх, там многое поменялось. В том числе изобрели кучу приятных мелочей. Растяни его в любом направлении.

Артем повиновался. Гаджет будто потек в руках и превратился в тонкий лист шириной сантиметров тридцать, снова став прозрачным.

– Трансформер, народ для краткости называет его «транс». В сложенном виде обычная звонилка, а так раскладывается в планшет. Может растянуться еще больше, образовав физическую клавиатуру. Только надо придерживать или опереть экранную часть на что-нибудь, слишком легкий.

– Круто. Спасибо! Не сломать бы.

– Невозможно.

Выдерживает падение с третьего этажа, опускание в воду. Только больше двухсот градусов нельзя греть, расплавится.

Артем ткнул пальцем в планшет. Он утратил прозрачность, явив меню.

– Одного не понимаю. Зачем делать такую устойчивую штуку, не выгодно же.

– О, не волнуйся. Производитель о себе подумал. Ровно через два года игрушка начнет пиликать, что ее пора утилизировать экологическим способом, через неделю отключается навсегда.