Князья Севера (Белый волчонок - 3)

Глухие голоса выводят меня из небытия. Звук нарастает и быстро набирает мощность. Вокруг орут так, словно наступил их хваленый Рагнарек. По земле глухо стучат ногами, носясь туда-сюда.

В нос ударяет запах пота, крови и горящего дерева. Мне плещут водой в лицо и я наконец открываю глаза.

Я лежу на земле, надо мной Олег с привычной тревожной рожей. Он показывает мне два пальца и что-то говорит, но его голос теряется в этом оре. Удерживаюсь от желания тоже показать ему палец и поднимаю голову, чтобы оглядеться.

Чуть вдалеке, за границей площади, вовсю идет драка. Ее пытаются разнять, но всех приближающихся тут же вовлекают в действие. Кто-то бегает, кто-то сидит на пнях, спокойно разговаривая. Нет, на конец света не похоже.

Я выворачиваю шею под таким углом, что та звучно хрустит. И вижу Магнуса. Он тоже лежит в отрубе и над ним хлопочет какая-то старушка, размахивая пучком дымящихся трав.

Я победил? Или это что, ничья? Нас обоих вырубило, а значит мы либо оба проиграли, либо оба выиграли.

Хтонь, я то надеялся на оглушительную победу.

Но накатившая боль тут же заставляет меня забыть обо всем. Ребра, живот, руки, голова, челюсть - все болит на свой лад и я закрываю глаза, чтобы снова отрубиться.

Но целитель не дает мне сбежать от реальности, своей силой приводя в чувства.

— А можно меня лечить, пока я буду в отключке, а? — сиплю я, языком нахожу застрявший осколок зуба и плююсь им в Олега.

Он невозмутимо стряхивает трофей с одежды и молча продолжает.

Ну да, помню я это жестокое правило - нельзя вырубаться, пока не будут ясны все травмы. Мне хочется ему сказать, что травма - это весь я, но я только крепче сжимаю остатки зубов.

Исцеление проходит болезненно для нас обоих. Олега начинает трясти уже через пару минут, как и меня, когда ребра с треском сходятся прямо внутри. Они рвут внутренности, целитель их тут же заживляет.

Разбитые руки и шишку на лбу я прошу оставить на память. Само заживет, а нам хоть меньше страдать.

Впрочем, здоровье мне поправляют не до конца, избавив только от серьезных повреждений.

— Кто победил? — спрашиваю я, едва отхожу от лечения.

— Мне кажется, победило ваше взаимное упрямство. Тут такое светопреставление было, когда вы сошлись в последний раз, что даже местных проняло. И все почувствовали силу, — Олег недовольно поджимает губы. — Вот обязательно было устраивать побоище?

— Ну, это не моя идея была, — я кручу головой.