Князья Севера (Белый волчонок - 3)

Богдан тут же срывается с места, издав утробное ухание, и кидается туда же.

— Бери топор! — ору я Володе и бегу вслед за другом.

Призываю силу и спотыкаюсь, едва успев ухватиться за дерево. Меня уводит в сторону, все начинает кружиться, к горлу подкатывает ком. Сгибаюсь пополам и дышу, видя, как мимо пробегает прорицатель, раскручивая в руке трофей мертвяка.

Я даже успеваю порадоваться тому, что парень не растерялся, пока усиленно моргаю, стараясь не потерять зрение от приступа. Впереди начинается какое-то мельтешение, вспыхивает своя и чужая сила.

Что-то звучно бахает, за ним следует родной русский мат и хруст проламываемого черепа.

С усилием отталкиваюсь от ствола в сторону главной заварушки и тут замечаю еще вспышку, правее. Яркий разряд теплого света на мгновение вырывает из темноты ярко-красное пятно и белые волосы. Инга!

Меняю направление слишком резко и боком заваливаюсь в кустарник, расцарапав лицо о какие-то колючки. Да чтоб вас лешие в жопу драли... Поднимаюсь на карачки и с низкого старта бегу к блондинке.

Снова вспыхивает огонь и в нем вижу как Инга сидит, вжавшись в толстый ствол дерева, держа перед собой амулет. Над ней беснуется здоровенный мужик с распухшей серой рожей.

Ее руки дрожат, свет мерцает, затухая. Потусторонняя тварь замахивается ножом, похожим на мясницкий тесак, девушка отбивает руку, открываясь и толстые пальцы смыкаются на ее шее, приподнимая от земли.

Девушка извивается, хватается за мертвяка, пытаясь оттолкнуть, убрать его руку, бьет ногами, но без толку.

Ее движения становятся вялыми, воздух дрожит и амулет гаснет. Мне остается буквально пару метров до нее и я прыгаю.

Подошву пробивает какой-то крайне агрессивный и крепкий сук, раскаленной иглой врезаясь в пятку. Ору, падаю в мох и вырываю его, отбрасывая в сторону. Над головой тут же со свистом проносится нож, с громким хрустом впечатываясь в ствол.

Ползу к Инге и призываю силу. Пока нарастающее головокружение не уносит меня в небытие, успеваю запустить в душащую ее тварь десяток лезвий.

Символы ифритов возвращают мне всплеск странной энергии, резво возвращая в реальность.

Драуг, разрезанный на куски, кучкой валяется перед блондинкой. Она хрипит, держась за горло, но жива. К нам со всех сторон ломятся северяне, кабанами снося кусты и маленькие деревца. Шум стоит такой, что я за ним сначала не слышу другой, отдаленный.

Первым реагирует Магнус. Он резко оборачивается, вслушиваясь в ночной лес. Нас окружают, смазанные силуэты прячутся среди деревьев.