Книга III: Искатель боли

На глаза постоянно падает какой-то нелепый шлем, перекрывая обзор, а я даже не могу поправить его, потому что в моих руках… винтовка? Ворган и его борода! Точно, винтовка! Длинная, деревянная, совершенно неудобная, но с накрученным под дулом штыком!

Напрягая изо всех сил свою Искру, я вырывал ноги из густой трясины и упрямо двигался вперед. Зачем? Для чего? Непонятно. Я чувствовал, что должен бежать. В этом доминионе все было совсем не так, как я привык. В том кругу Ада, где я провел тысячелетия, верховный смотритель, похоже, оказался не таким изобретательным… Ну или просто ему было плевать на нас, грешников с недоразвитой Анима Игнис.

А потому мы просто самозабвенно рвали друг друга на части, используя в качестве подручных предметов все, что сумеем найти. Иногда и части собственных тел…

Кулем перевалившись за размокший блиндаж, я упал прямо на голову другой душе, у которой в руках было зажато похожее оружие, но без штыка. Зато на поясе у незнакомца висела короткая лопатка, которой он тут же и попытался меня зарубить.

От его выпада я сумел увернуться просто наудачу, потому что поскользнулся на размякшей земле, и предназначающийся моей шее удар угодил в бревенчатую стену окопа.

Судя по тому, как глубоко засела лопата, этот грешник тоже был Владеющим, и вырвать ее мог бы без особых усилий. Но все равно он потерял драгоценные мгновения, которые я использовал на полную катушку. Искра дала мне столько сил, что штык винтовки не просто пробил чужую серую шинель, но и увлек за собой винтовку до середины ствола.

На руки мне тут же вывалились склизкие дурнопахнущие внутренности безымянного солдата, а сам он грузно опустился на землю, потеряв каску со смешным выступом в форме пики на макушке.

С хрустом и влажным хлюпаньем вывернув свое оружие из поверженного противника, я уж было собирался продолжить свой безудержный забег, но мои намерения прервала короткая пулеметная очередь, перечеркнувшая мое тело от паха до шеи.

В меня будто бы вонзился рой раскаленных шмелей, перекручивая мои потроха в окровавленный фарш, и я осел прямо на тело собственноручно убитого бойца.

Запоздало пришла в голову мысль, что винтовка, мертвой хваткой зажатая в моих онемевших пальцах, это огнестрельное оружие, и им можно было воспользоваться на расстоянии. Но ничего не поделать, от грешников на этом кругу Ада я, очевидно, отстаю слишком сильно.

Снова пришла тьма...