Книга III: Искатель боли

В следующий раз я распахнул глаза и чуть не свалился, увидав перед собой какие-то диаграммы, мерцающие точки, мигающие цифры и цветные пиктограммы. В Аду это выглядело столь чужеродно, что первой моей мыслью стало то, что я окончательно свихнулся и нахожусь в плену собственного бреда. И на осознание того, что передо мной сейчас визуальный интерфейс какой-то высокотехнологичной машины у меня ушло позорно много времени.

С некоторой заминкой осмотрев себя, я понял, что мое тело заковано в броню какого-то невероятно продвинутого экзоскелета, который по своей технической сложности и инновационности далеко опередил даже то прогрессивное время, в котором проходила моя первая жизнь.

Пытаясь разобраться с управлением, я осторожно двинулся вперед, впечатывая многотонные металлические ноги в безжизненный грунт. Со всех сторон жужжали механизмы, усилители и маленькие двигатели, приводя эту тяжелую штуковину в движение, а я слепо тыкался по всему нейроинтерфейсу, с которым приходилось взаимодействовать, невероятно, но силой мысли!

К сожалению, никаких подсказок или инструкций тут отыскать мне не удалось, что, пожалуй, для боевой машины и неудивительно.

Так что мне просто пришлось продолжать свое неумелое ковыляние. И даже моя Искра в этой демонической постановке оказалась бессильна мне помочь…

Увлеченный изучением возможностей неведомого механизма, я глупо и незамысловато проморгал тот момент, когда на меня выбежал такой же закованный в технологичную броню воин.

Просто в какой-то момент из-за коричневых глыб на меня метнулся смазанный силуэт, габаритами совсем не уступающий моей шагающей машине. Двигался он, надо сказать, не в пример более проворно, а потому летел я от его удара так далеко, что перекувырнулся в воздухе четыре раза. И еще не успела рассеяться пыль, поднятая моим падением, как сквозь нее я увидел расплывчатую тень, метнувшуюся ко мне. Выставив ладонь на полном автомате, я слишком поздно понял свою ошибку.

Прошедшая по всему техно-костюму вибрация, протрясла меня от головы и до самых пяток подобно разряду электрошока. Та штука, которой напавший грешник ткнул меня, оказалась лезвием меча, по острию которого с невообразимой скоростью вращалась зубчатая цепь. Раздавшийся при контакте с этим жутким оружием пронзительный скрип звучал почти жалобно. Как будто мой экзоскелет заверещал раненным щенком, жалуясь на то, что ему нестерпимо больно.