Царетворец. Волчий пастырь

Пока Десмонд смотрел в небо, внизу, во дворе, уже намечалась рабочая суета. Гильдейский механик, судя по его форменной ливрее, вместе с дворецким и садовником откатывали машину от крыльца, убирали созданный беспорядок, собирали осколки фар, подбирали отвалившийся бампер и хромированную решетку.

Десмонд, глядя на суету персонала с разбитой машиной невидящим взглядом, через коммуникатор вызвал капитана своей личной гвардии. Ждать его пришлось недолго. Когда длинный серебристый мобиль Кайдена, с так модным сейчас среди молодежи Европы открытым верхом, откатили в гараж, на дальнем конце улицы уже показался свет фар.

Несколько секунд, и темная машина с черно-зеленым щитом Дома Рейнар на капоте заехала в ворота.

Седой Вальдер, вот уже более полусотни лет бессменный капитан личной гвардии Дома Рейнар, выскочил из машины и сразу увидел герцога на балконе. И замер, когда Десмонд сделал ему знак подождать. После чего старый герцог развернулся и вышел с террасы. Широким шагом Десмонд прошел по галерее второго этажа и остановился у испуганной от его появления прислуги, убиравшей следы разлитого в гостиной вина и осколки разбитых бутылок.

– Где Кайден? – поинтересовался Десмонд у ближайшей оцепеневшей горничной.

– У себя в покоях, достопочтенный, – склонилась в низком поклоне девушка. Учитывая, что она и так стояла на коленях, вытирая разлитое вино, при поклоне она лбом коснулась пола.

– Проводи.

Испуганно дернувшись, горничная вскочила и повела Десмонда к комнатам Кайдена. Здесь герцог коротким жестом отправил горничную прочь, сам же без задержек распахнул двери.

На комнату был наложен шумовой полог, так что безмолвие коридора, едва Десмонд перешагнул порог, одномоментно сменились громкими звуками.

В первой комнате, в большой зале, расположилось человек пять – все молодые, в мундирах гимназистов и костюмах студиозов. Время они проводили с вином, песнями и плясками, любуясь на извивающуюся на столе полуголую распутную деву.

И почти все, в том числе и дева, едва герцог шагнул в комнату, замерли.

Все кроме одного студиоза – тот, отвернувшийся от двери, продолжал рассказывать смешную историю, сейчас нелепо звучащую в наступившей тишине. Впрочем, пьяный рассказчик на это внимания не обращал. Но и заткнулся он почти сразу, звучно хакнув вышибленным воздухом после ощутимого тычка в бок. Не обращая никакого внимания на гостей Кайдена, старый герцог прошел через комнаты и вошел в спальню.

Широко распахнув дверь, на пороге он невольно замер.