Времяворот

Настоящие воспоминания? Наркотический отвар вместо чая? Слабоумие? Как бы там не было, в сознание меня привели больно стучащие по пяткам ступени и проникающий в нос едкий запах пожара.

— Какого? — Попытался заорать я, но лишь поперхнувшись приступом кашля.

— Отдуплился? — Красавчик рывком поставил меня на ноги. Очевидно не представляя, как переносят раненных товарищей, он порядком выдохся, вытаскивая мою не самую маленькую тушку из горящей комнаты. Держу пари, старик Фесей в подобных ситуациях взваливал сослуживцев на плечи и не гробил спину ненужной нагрузкой.

Впрочем, сейчас такие тонкости не имели значения.

— Вроде того.

— Вроде или очухался? — Переспросил наемник, и я невнятно мотнул головой:

— Плывет все.

— Пусть плывет. Главное, чтоб двигаться мог. И пошустрее.

— А есть куда?

— Есть откуда. — Оскалился мужчина, сплевывая на пол. В другой ситуации я бы наверняка скривился, но в горящим здании… Навряд ли ни разу не убиравшиеся хозяева разозлятся из-за оставленной грязи. А вот если узнают о том, кто находился рядом с источником огня — могут и прирезать.

Не Рубиноокому же им мстить в самом деле?

С трудом спустившись по лестнице, я окинул взором первый этаж. Перевернутые столы, осколки посуды, нанизанный на кочергу дюжий охранник без признаков жизни и едва шевелящаяся девушка в углу. Шлюха? Официантка? Наивная дурочка, забредшая в бандитский притон?

— Мертва. — Прокомментировал Красавчик, проследив направление моего взгляда. — Сам видел, как ее раза четыре ткнули ножом в живот.

— За что?

— Отказалась ноги раздвигать. — Пожал плечами мужчина. — Или наоборот, раздвинула не перед тем. Кто ж теперь скажет? Некогда было разбирать, как сверху дым попер, начался хаос.

— Любит ваш брат под шумок прирезать кого-нибудь.

— Не то слово. — Хмыкнул наемник. — Я думал с десяток трупарей насчитать. А тут два всего. Странно, что большинство выбитыми зубами ограничилось…

— Да нет. — Вздохнул я, “вспоминая” одну из давок в прошлой жизни, за которой мне посчастливилось наблюдать.

Видения больше не грызли череп изнутри, и временами я мог вполне сносно выуживать обрывки памяти. — Никто не хотел ограничиваться. Просто при серьезных неприятностях обыватели думают о спасении собственной жизни, а не сведении старых счетов. Всегда находятся люди с железными яйцами, но таких единицы. А основная масса бросается наутек. Вот они могут помять, но скорее случайно. Походя.

— А ты, значит, не обыватель?

— В данном случае — нет.