Синий, как море

Но приглядевшись к испуганному и немного изумленному выражению моего лица, кивнул и расслабился.

– Делин – моя сестра, Синий. Рубиновая принцесса нашего Домена. Мать Гэйтхэйта и Элспейра. Только… отцы у них разные.

– Кто?

– Знаешь что, парень, я расскажу тебе это по дороге в Ранскурт. Идет?

Я неохотно склонил голову в знак согласия.

– Она умерла, Данк? Погибла?

Данк очень медленно подошел к парапету террасы.

– Не знаю. Ее больше нет с нами. Я не знаю, жива ли она. Но, Райдок, во имя Первого Оборота, я же сказал – потом!

Я замолчал.

Мы уже прошли восточную сторону дворца, до самого северо‑восточного угла террасы. Слева, почти под нами, был берег огромного залива. С обеих сторон его защищали далеко уходящие в реку скалистые мысы. Я еще раз поразился непостижимой грандиозности Западной. Залив был шире, чем любая речка, которую способен себе представить смертный, но только за ним и начиналась собственно река. Серебристо‑голубой простор, так напоминающий плащ Сельфы, уходил до горизонта и растворялся в утренней дымке. Противоположного берега не было видно, сколько я не напрягал глаза.

– Наш маленький родной залив, – мечтательно сказал Данк, обводя рукой контуры пологих скал на дальнем, северном мысе.

– Маленький? – я даже испугался немного. – А… Эйсар, он тогда какой же, если это называется «маленький»?

– Хо, Эйсар, – немного высокомерно отозвался Данк. – Эйсар чуть шире, чем Западная у Дианара и длиной в одиннадцать дней пути.

В его голосе было что‑то от небрежности богатого аристократа, мимоходом добивающего провинциальную родню фразами типа: «Хо, золотые! Мы предпочитаем пользоваться платиновыми.

С бриллиантами.»

Я смиренно покивал. Пора сваливать отсюда, пока голова не отвалилась. За последние две минуты я кивнул раз десять, не меньше!

– Мы не пропустим Сагастена?

Данк оживился.

– Мы поймаем его за завтраком. Боги! Я уже забыл, что это такое завтрак! Все как‑то чаще до самого обеда булочками в постель перебиваемся. То‑то все удивятся – про нас забыли, а мы придем и все сожрем! Уже ради этого стоило хоть раз проснуться на рассвете!

Глухой и мощный гул гонга заполнил весь воздух города и тут же искаженный до неузнаваемости сверхъестественной мощью голос возвестил:

– Боги по‑прежнему с нами, о Белый домен! Радуйтесь и выполняйте свой долг!!

– День начался, – сказал Данк.

– Официально – с этой самой секунды. Через десять минут – завтрак.

– А кто это вещал, Сагастен, да? – спросил я.

Данк неожиданно смутился.

– Понятия не имею.