Синий, как море

Только клочки шерсти да капли крови упали на землю, а крылатый конь, что понимал слова хозяина, радостно заржал. Тогда закричал Ангкха‑Даум «Убейте его!», и взмыли в небо тучи черных стрел с багровым оперением. Но крылатый конь, чье имя, говорят, было Арет, поднялся выше самой быстрой стрелы, и упали бессильные стрелы обратно на землю. Звонко засмеялся Глориан, поднял мощный лук эльфийский и пустил вниз не знающую промаха стрелу. Пронзила стрела плечо Сохрира Стальная Ладонь, жестоко ранила Оранжевого Витязя.

А Глориан с хохотом унесся прочь. Словно теплый восточный ветер трай, унес его на запад верный Арет.

Не в эльфийские земли полетел Глориан, а в обильный и щедрый Айнал, что был ближе. И встретил он там мага Белого домена, могучего Сагастена, и говорил с ним.

Так стало известно о союзе орков и прибрежников, о братстве Ангкха‑Даума и Рагнахалля, что потом прозвали Пламенным Союзом, ибо Красный и Оранжевый цвета соединились в нем, а потом присоединился к ним и Желтый, но об этом еще будет сказано довольно.

Немало встревожился Сагастен от сего известия, и просил Глориана о помощи. И сделали они вот что: Глориан оседлал могучего коня с зеленых пастбищ Айнала и поскакал в светлостенный Мальрен и высокий храм Дейненделльский с вестью о грядущих битвах. Быстрокрылого же Арета вручил он заботе спешно прибывшего в Айнал молодого Хирали. Хирали обласкал Арета, подружился с ним и направил полет свой в Теннан, что на юг от Белой Гавани.

А Сагастен неуловимым глазу колдовским шагом направился в Дианар, и был там в тот же день к вечеру.

Тень легла на чело благородного Денхира, когда узнал он о Пламенном сговоре. Четырнадцать Знамен привел Ангкха‑Даум под стены Сандерклиффа, а ушел оттуда с армией в двадцать девять Знамен. Давно не слышали о столь огромном войске на берегах Западной, с темных Начальных Времен не грозила столь великая битва полководцам.

Понимал Денхир, что Белым Пристаням не выстоять перед таким штурмом, но если направить на восток подмогу, достатную числом и умением, то беззащитными оставались города Белых Корабелов. Уже тогда называли так народ Белого Запада, ибо и люди Белого Востока были искусны в делах реки и моря, но все же были они только мореходами, кораблей же, равных сошедшим с верфей Сапфира, не знали волны и ветер.