Воплощенный в Камне. Книга 2

Но интеллект уровня “гений” этим как оказалась не остановить, она все равно каким-то образом научилась развивать умения и даже изредка уничтожать владельцев артефакта.

На языке появился железный вкус крови, я сам не заметил, как крепко стиснутые зубы прикусили щеку. Жертвы и алтари - это плохо. Сам далеко не ангел, но убиваю честно, глядя в глаза противнику, и даю шанс. Пришлось сглотнуть кровь, сплевывать ее в присутствии демонов было бы большой глупостью. Да к черту! Сейчас я не имею права упускать такую возможность, второго шанса может вообще не представится.

-Ну что ж, дочь Отца Черного Огня по прозвищу Огненный Цветок, цена твоей свободы - служба мне в течении сотни лет. - Хотелось, чтобы мои слова прозвучали уверенно, но голос от волнения чуть не дал петуха.

Мелодичный смех наполнил воздух, а огненные блики побежали по воде. Несмотря на чистый и ясный смех, я все же услышал волнение в голосе демонессы. “Узница” первый раз услышала слово “свобода” из моих уст.

 

По легенде она провела в плену артефакта не менее двух, а то и трех сотен лет. Значит, попала она туда совсем неопытной, по меркам демонов так вообще девчонкой. И долго-долго служила орудием в руках магов, участвуя в их разборках как орудие. Создатель артефакта смог надежно запечатать ее, но она нашла лазейку, и каждый владелец сильно рисковал, используя этот инструмент. Если смогла додуматься до этого, то от нее можно ожидать чего угодно.

Но слово “свобода” самое желанное из того, что она хочет услышать.

-Ты много берешь на себя, смертный. День службы и пять мер серы сверху с тебя! И то считай, что я делаю тебе огромное одолжение. - Высказалась моя собеседница.

-99 лет и кукиш тебе, а не сера! Я че на самоубийцу похож?! - Ага дать ифриту и тем более Наложнице серу, то же самое, что обезьяне гранату. 

В походе я успел скопить три меры этого ресурса, но их она получит только на определенные цели и под моим личным надзором.

Какой бы договор мы не заключили, веры демону у меня нет. Они патологически не способны на договоренности, ущемляющие их сторону. Сделка должна быть или выгодной, или очень выгодной.

Восток дело тонкое, пришлось поторговаться, но свое я получил. Пусть и не в том объеме, на который рассчитывал. Будь у меня время, уверен выбил бы лучшие условия, но его нет.