Чужая звезда

Почему же твои кошмары не прекратились?

Алекмар взял Данику за плечи и печально улыбнулся. Его взгляд настойчиво искал что-то в глубине её разноцветных глаз. Ей показалось, что Алек хочет открыть ей много больше того, что было сказано. Однако что-то останавливало его. Юноша вновь заговорил, на этот раз, осторожно подбирая слова.

- Ничто не прекратится, Даника. Душа эрлинга Горатха пока пребывает в этом мире. Тёмный слуга будет приходить за мной вновь и вновь. Продолжаться это будет до тех пор, пока я не умру или дух его хозяина не покинет Исблокк.

Девушка с видом всезнающей особы воздела указательный палец правой руки вверх. Нахмурив брови, она принялась делиться с собеседником частью тех знаний, что почерпнула в служении сестринству Азеранны.

- Любому духу, чтобы задержаться на конкретно взятом плане реальности, нужно материальное вместилище, привязанное к этому плану реальности. Нам требуется лишь найти это хранилище и уничтожить его.

Алекмар вздохнул и указал на себя двумя большими пальцами обеих рук, ожидающе приподняв брови.

- Ты и есть вместилище для духа эрлинга? – Даника выпучила глаза на юноша, изобразив любопытную рожицу.

Алекмар кивнул. Губы его скривились, изображая нарочитую безвыходность данной ситуации.

- Постой-ка, друг мой. Если ты смог вместить любой другой дух внутри своей материальной формы, при этом, не утеряв своей душевной целостности… Но такое могут провернуть лишь.

- Я странник, Даника. И Хэмингуэй тоже. Мы прибыли на Исблокк около двенадцати лет назад и с тех пор путешествуем по всем Великим равнинам и их окрестностям.

Лицо Алекмара выражало некоторое облегчение, как будто он скинул тяжкий груз с сердца. Даника стояла и молчала некоторое время, лишь её левая рыжая бровь медленно ползла вверх.

- Хочешь сказать, что прибыл на Исблокк почти младенцем, а Хэм - щенком? – с сомнением в голосе спросила девушка.

- Нет, на тот момент мне было двенадцать лет, а Хэмингуэй был уже взрослым псом. Всё сложнее, чем может показаться.

Даника развела руками. Она закатывала глаза, изображая полное непонимание того, почему от неё скрывали такие важные вещи. На её покрытом веснушками лице отразилось твёрдое намерение выяснить всё о своих спутниках.