Подлунный квест (Краденая магия - 4)

Впрочем, к этому моменту Князя в лавке уже не было.

Глава 1

в которой я сижу на пне

По пути от главного здания корпуса к казармам в глубине дубравы за третьим пнем слева по ходу движения прятался еще один, неофициально прозванный Плахой Разлуки, коротко – просто Плахой. Летом и даже осенью он был надежно укрыт от любопытных взоров плотной завесой кустарника, сейчас же, в середине зимы, вполне себе просматривался и с аллеи. По исстари бытовавшей в Федоровке традиции – первым о ней мне некогда поведал мой сосед по комнате, Захар Сколков, но после я слышал такое еще не раз и не два – на Плаху приходили для последнего разговора парочки, решившие прекратить свои отношения.

Если им удавалось расстаться по-хорошему, на пне появлялась зарубка – якобы, сама собой.

Захар уверял, что однажды лично был тому свидетелем – прошлой весной, когда порвал с некой неназванной мне сокурсницей. По его мнению, Плаха являлась своего рода артефактом. Но кто и зачем поместил его в дубраву на территории корпуса, Сколков понятия не имел.

Рассказывали также, что как-то одна брошенная девица в сердцах пыталась Плаху сжечь – магией разумеется – но лишь сгорела дотла сама. Однако вот это уже почти наверняка было не более чем досужей местной легендой.

Ну и, разумеется, те, кто расставания покамест не планировал, старались держаться от Плахи подальше – случайно присесть на нее, забывшись, считалось для них очень недоброй приметой.

Это все была, скажем так, присказка, а сказка заключалась в том, что сейчас возле Плахи, сосредоточенно изучая и в самом деле имевшиеся на ней многочисленные зарубки разной степени свежести, стоял я.

А сидела передо мной на пне незабвенная Маша Муравьева. И притащились мы сюда под вечер по глубокому снегу отнюдь не по моей инициативе.

Так-то все было ясно без лишних слов. Но от неожиданности – зачем она зовет меня на ночь глядя на аллею, заранее длинноножка мне не объяснила, а сам я о пресловутой Плахе и не вспоминал, пока моя спутница вдруг не плюхнулась задницей на пень – у меня почти непроизвольно вырвалось:

– Серьезно?!

Честно говоря, кем-кем, а влюбленной парочкой нас с Машей назвать было трудно.

Сблизились мы после той нашей американской истории, когда Муравьеву расщепило астральным взрывом, отколов от нее духа Оши – и одновременно сняв с длинноножки проклятие метиса. Нежданно для самой себя Маша оказалась на пороге совершенно новой, непривычной жизни, растерянная и разоруженная.