И имя мне - Легион

«Успокойтесь, я пошутил насчет целлюлита, – усмехнулся старичок, – через ваш халат его не видно. Видно этот концлагерь. Впрочем, его через всю вашу фигуру можно рассматривать. Как, впрочем, и через мою».

«Так что все-таки происходит? – подал голос силуэт тонкокостного молодого человека, напоминающего скелет, с узким лицом. – Не могу сказать, что сильно расстроен произошедшими со мной изменениями, но любопытство меня мучает».

«Радуйтесь, что только любопытство, – буркнула еще одна из освободившихся душ, принадлежащая полноватому человеку.

 – Вообще-то после смерти положено попадать в чистилище, а не сюда. А уж там персонала, для того чтобы помучить, хватает».

«А ты что так кипятишься, дядя? – хмыкнул седьмой. – Боишься, что за неявку срок добавят?»

«Мне кажется, во всем надо разобраться, – попыталась разнять спорщиков восьмая душа, молодая девушка с двумя симпатичными косичками.

 – То, что с нами произошло, действительно страшно. Но, может, это все же обратимо?»

«Ну-ну, мечтать не вредно, – скептически хмыкнула девятая, у которой на полупрозрачном лице виднелся пирсинг. – Я скорее поверю в Деда Мороза, который лично вручит каждому из нас подарок на Новый год, чем в то, что все это кончится хорошо».

«Так-так, дамы и господа, помедленнее, – попросил я.

 – Давайте я вам расскажу, что случилось, а вы уж потом будете обнародовать свои вопросы и предположения».

Пересказ истории, начавшейся со злополучного ритуала и закончившейся попаданием магической стрелы в Сардаса, занял довольно много времени. Все-таки таланта рассказчика у меня нет – это так, и более путаной и нелепой истории я никогда не слышал. Но основная масса мне верила…

«Эй, а что с Ольгой?» – на середине рассказа вскричал конопатый парень.

Девушка стояла безучастно и не шевелилась.

«Стазис, – пожал я плечами, – вспомните, говорил же уже об этом. Ничего, вот накапает энергии из клеток, подпитаем ее. Или можно подождать, пока сама очнется, вот только надолго ее вряд ли хватит тогда. Ну так я продолжу?»

«Не может этого быть! – начала возмущаться дама, как только мой рассказ подошел к концу.