Небесный наследник. Том 4

— С другой стороны есть бумаги — договора, приказы, распоряжения, отчетность, акты. И чем важнее эта бумага — ну вот, например, как этот наш с вами договор, — тем сложнее ее продвигать. А ведь бумага важная, это мы не можем не отрицать. Важная бумага. Именно благодаря ей держится страна, охраняется граница. Но это знаем только мы с вами. А всегда найдутся те, кто посчитают что его бумага важнее, которая не терпит очередности и всегда бегут вперед — им в этот помогают как раз-таки эти самые многочисленные группы и заинтересованные лица.

— И? — холодно спросил я, впрочем, понимая к чему он ведет.

— Так вот, эта самая разница в калькуляции и итоговой стоимости и нужна нам для того, чтобы поторопить дела.

— Вы сейчас про взятку говорите?

— Тише вы! — прошипел Бирюков, разом выйдя из себя и покраснев. — Не надо таких громких слов в моем кабинете!

Чиновник перекрестился, поплевал через левое плечо. Немного успокоившись, продолжил:

— Я же говорю, что есть устоявшиеся правила, которые не нам с вами менять.

— А почему бы и нет? — настала моя очередь усмехаться. — Почему бы не поменять правила?

— Что?! — от такого неожиданного вопроса Бирюков аж вытянулся в лице.

— Я говорю почему бы не изменить эти устои, которые ничего не делают, только мешают? На высвободившуюся сумму вы бы могли брать еще больше артефактов, гораздо больше — ведь вы же сами говорили, что они жизненно важны нашей армии?

— Изменить? — одними губами прошептал чиновник. И зловеще затараторил: — Нет, не получится. И даже не пытайтесь, не надо! Просто не лезьте в это.

Есть силы, гораздо могущественнее вас. Понимаете? Так что не лезьте. Просто подпишите и живите спокойно дальше. Вы — наследник могущественной и богатой корпорации. Те крохи, что перепадают нам... — Бирюков запнулся, но быстро поправился: — Те крохи, что идут на решение вопросов, не важны. Вы их даже не почувствуете. Просто наслаждайтесь жизнью, вы теперь ее король. Николаев вон коллекционированием сигар занимался, лошадьми. Вы тоже найдите что-то такое, что вам по нраву. И наслаждайтесь.

Бирюков поднялся с места.

— Просто поймите — вы встали на золотоносную жилу. Так не запирайте ее. Ешьте, но делитесь с другими. Такое правило. Помните, как в детском стишке?

Пьет оса кисель из чашки,

Ловко сидя на краю.

Мне нисколечко не страшно —

Я с другого края пью.*

Бирюков пристально посмотрел на меня. Спросил:

— Понимаете о чем я?

— Понимаю, — кивнул я. — Только это не значит, что я согласен с таким раскладом вещей.