Шпага, честь и любовь

К лёгкому замешательству нашего героя он узнал того самого человека, что выявил обман с Марком и сомневался в возможности зачисления мошенника на службу.

— Я - прим Горан Атрей, молодёжь. Вам уже объяснили, как не повезло?

Перед ними стоял тёртый жизнью служака с несколькими рубцами на лице, седоусый, седина в русых волосах, светлые глаза неприятного водянистого оттенка, очень твёрдые и грустные одновременно. Нижняя губа рассечена и срослась криво, придавая лицу свирепый вид. Алекс и Терон внутренне напряглись, увидев своего нового непосредственного начальника.

— Вижу, не объяснили. Что же, узнаете на собственной шкуре. Жду через десять минут с крыльями и оружием.

Для начала они полчаса летели на юг, приземлившись на холме с удобным обрывистым склоном. Горан осмотрел парочку и внезапно скомандовал:

— Рыжий растяпа ранен. Второй обязан вернуть его в столицу.

Веснушчатое лицо Терона вытянулось. Он ожидал учебный бой, стрельбу, проверку владения оружием в полёте… Вместо этого предстоит изображать бесполезный груз, с чем прекрасно справился бы мешок с навозом.

— Что застыл столбом? Служба в городе чревата ранениями. Особенно в группе со мной. Снимай с раненого крыло — оно уже без надобности.

Алекс повиновался.

— Хватай под руки, пальцы сцепи у него на груди. Так! Теперь к обрыву. Вперёд!

Конечно, в Северной Сканде он поднимался с грузом, иногда — значительным, до половины собственно веса. Но нести человека…

Лямки ремней больно впились в плечи под удвоенной нагрузкой.

Худшее случилось, когда Терон попробовал помочь ему. Отдача от выброса силы врезалась в нижнюю часть туловища, будто чем-то тяжёлым и мягким увесисто приложило по животу и ниже. Алекс сверзился вниз, разжимая руки. Рыжеволосый покатился кубарем, северянин перевернулся через голову.

Горан со вторым крылом в руках мягко опустился рядом.

— Летаете как беременные еноты. Унтер Алайн, вы не выполнили приказ, не доставили раненого в лазарет.

— Но как, синьор…

— Не умеешь летать — кидай его на спину и бегом! Или предпочтёшь, что первый же день службы в легионе станет последним?

И Алекс покорно взвалил на спину жилистое тело Терона, который почёл за лучшее вести себя именно как тело — не напрягаясь и не пытаясь помочь. Прим-офицер тронулся следом, нагруженный лишь крыльями.