Хроники Скальдхейма. Бьёрн Непреклонный

Затем Серобородый принялся отбиваться: удары сыпались один за другим, звон стоял непрестанный, потому что парировать яростные, но неумелые атаки противника было легко. Так они дрались долго, в тесноте, особо не понимая, ради чего.

Когда Бьёрн одолел трёх воинов, появилось время для передышки, а вместе с тем, время для переговоров.

— Вы кто такие?! — спросил викинг у нападающих.

— Армия, — ответил ему самый рослый воин, чьё лицо отличалось от прочих не только раскрасом, но и взглядом чёрных, как смоль, спокойных глаз.

— Чья?

— Это не важно, мы рушим дома избранных, что забыли, зачем прибыли в Скальдхейм, — ответил он.

— Цель благородная, но зачем нападать на нас? Мы в горах, ищем ресурсы, разве похоже, что перед вами фермеры? — спросил Бьёрн, чувствуя, что едва может справиться с яростью.

— Не похоже, — согласился Черноглазый. — Но мы тут не обязаны перед каждым извиняться, так что либо уйди, либо мы сравняем всё вокруг с землёй.

Незапланированно, бой закипел вновь.

Серобородый дрался из последних сил, те новички, что погибли вначале, были не чета соратникам — способным и отчаянным. Их главарь стоял в стороне, как выяснилось, до поры. Когда основная масса оказалась бессильна перед умением врага, они расступились. Все, как один, на выдохе, призывая на бой своего лидера.

«Камень! Камень! Камень!» — твердили они, на одном дыхании, как боевой клич.

И Камень вышел вперёд. Рослый и широкоплечий, он двигался, как хищник.

В это время Башкоз оказался в рядах зрителей, смело растолкав врагов, чтобы занять своё место.

Бьёрн взял в руки памятный меч Лейфа, намереваясь победить умением. Бронзовый меч, покрытый насечками и зазубринами, был одним из важнейших трофеев — дар опытного воина, преисполненного достоинством.

Они медленно закружили по тесному залу, изучая движения друг друга: Камень и Бьёрн. Молодой, внешне спокойный, но яростный, как сама жизнь, и опытный, отрешённый, как смерть. Один держал в руках меч из железа, другой — из бронзы.

Гул среди толпы нарастал, как мантра…

«Камень, камень, камень»…

Башкоз молил Одина о милости, но не забывал крепче сжимать рукоять топора. Он готов был срубить хоть сто голов, лишь бы спасти товарища от неравной битвы, но обошлось. Серободый легко парировал атаку, нанеся решающий удар точно в цель — Камень упал, с подрубленным коленом, а спустя мгновение на его месте появился могильный камень.

Теперь всё решала пара мгновений.