Печать льда

– Шевелись! Хромой просил проводить тебя в Храм и привести обратно, а насчет того, чтобы у башни до полудня толкаться - договора не было. Мне еще всю ночь на верхотуре торчать!

Джейса только кивнула и молча пошла вслед за долговязым вторым звонарем вдоль высокой серой стены, отсекающей пропасть Иски от фасадов грязной Дровяной улицы. Вот, ведь, вроде бы самый центр Айсы, Водяная башня с воротами в Нижний город, что за речкой, тут же Медная улица, что ведет к Северным воротам и делит городское доречье на Верхний и Средний города, магистрат, богатые дома, до громады Храма два квартала всего, а все равно сырость, кора, гниль под ногами.

Оно понятно, конечно, где еще плавник вылавливать, как не в Холодном ущелье: Иска после Водяной башни и Мертвой ямы спокойной становится, разбегается на полсотни шагов, мельчает, тут тебе и рыбалка, и дерево, вот только эта грязь под ногами, да запах такой, словно до начала Гнили не четыре лиги, а несколько шагов!

- Что там? – буркнул через плечо Арчик.

Хорошим парнем был Арчик, правда невезучим, мальчишкой еще в Нижнем городе в помойку забрался, в овраг скатился, да перебил себе локоть, с тех пор висела правая рука плетью. Даже Рин не смог ее исцелить, сам чуть не захлебнулся кровью, которая горлом от напряжения у него пошла. Хаклик говорил, что пока умирал отец Рина, частенько такое же у молодого Олфейна случалось. Так Арчик или по глупости, или от ревности к Джейсе, чуть ли не самого Рина врагом стал числить.

Словно не сам он руку себе поранил когда-то, а неудачное лечение Рина Олфейна в калеку его обратило! Горячим парнем был Арчик, хорошим, но уж больно горячим. Давно глаз на Джейсу положил, хорошо еще только разговорами донимал ее, руку здоровую не распускал, знал, какой она выбор сделала, злился, хмурился, а все одно – выручал, когда нужно.

- Где там? – не поняла Джейса.

- Что избранник твой сказал? – цыкнул зубом Арчик. – Или думаешь, я ничего не знаю? Думаешь, не догадываюсь, зачем в Храм идешь? Не выгорит у тебя ничего с Рином Олфейном, не любит он тебя, зря ты сердце свое трудишь, и еще зряшнее с храмовниками связалась.

Не принесут они добра.

- Зло говоришь, - поправила Джейса волосы. – А мастер Хельд не злой. И выгоды ему никакой нет от того, что Рин под его руку встанет. Я с отцом говорила, все равно в совете Фейр заправляет, пять магистров из девяти под его дудку танцуют. Да и остальные с опаской на него косятся.