Князь без княжества

Сгоняю в Барбо на пляжи. Лет пять не был в отпуске.

Алекс хмыкнул.

– Прислать Терона с Марком на подмогу?

– Рано. Сначала разведаю. Для этого толпа не нужна. А вот потом – помощь не будет лишней, если не справлюсь.

– В чем помощь? Говори! Не тяни кота за хвост.

– Слушаюсь, твое высочество. Я прячу крыло, переодеваюсь и возвращаюсь в Нирайн. Узнаю место заточения Ианы. Потом нахожу аргумент, неоспоримый для герцога. Например, беру в заложники его сына. Или дочь.

– Горан... У меня слов нет.

Как ты смеешь ставить себя на одну доску с этой бесчестной гнидой?

От возмущения Алекс отшвырнул вилку с ножом, заработав косые взгляды с соседних столиков.

– Стоп. С дочерью я перегнул палку. А прихватить недоросля, не причиняя вреда, очень даже уместно. Его отец объявил нам войну, сам поставил себя в условия, когда негоже расшаркиваться и звать секундантов.

– А ты – лазутчик в его тылу... Тогда не возражаю, – кандидат на княжение унял вспышку гнева.

– В Сканде твои отец и младший брат?

– Да... И я слишком давно их не видел.

– Отличный повод вызвать в столицу и посадить под охрану зеленой гвардии регента.

Алекс откинулся на спинку скамьи.

– Даже не знаю... А если негодяи возьмут в заложники Еву Эрланд, родителей Марка или Терона, я плюну и рассмеюсь? Как бы не так!

– Ванджелис и Мейкдон судят по себе, дружище. Потому синий не поверил твоему слову. Я-то знаю, что оно крепко. Получив Иану, ты бы не начал борьбу против ушастого.

Он создал себе неприятного врага, хотя и у тебя положение не лучше: синие и фиолетовые, мягко говоря, не прочь расклевать твою печень, а сдерживают их очень временные обстоятельства.

– Не забывай ламбрийцев, – криво улыбнулся Алекс. – Наш с Ианой рейд, отмеченный могилами, как козлиная тропа – коричневыми лепешками, они до скончания века не забудут. Зато и друзья на зависть.

Он положил руку поверх перчатки наставника и напарника.

В этот вечер фалько-офицер был не один, пусть впереди долгие дни перелетов до Леонидии. Там – тоже друзья.

Иане пришлось хуже.

Так сложилось, что до отлета из столицы из-за дуэли Терона она практически непрерывно находилась с кем-то. С отцом, с дядей, с Эрландами. Самый трудный и, что лукавить, самый счастливый период жизни пришелся на путешествие с Алексом.

Пейна Ванджелис, синяя герцогиня, пытается быть милой.