Князь без княжества

Вам достаточно моего слова, что я не писал никаких писем, бросающих тень на мою честь? Или отправить нарочного в Нирайн, чтобы Ванджелис вернул оригиналы моих посланий и вы лично убедились?

Офицер уронил себя в кресло и сжал кулаки.

Конечно! Благородные вельможи не марают себя, употребляя на бумаге компрометирующие выражения. Нет сомнений, что при желании Мейкдон мог обо всем прекрасно договориться с нирайнским прохвостом и в письме просто упомянуть «ожидаю от вас усилий по разрешению ситуации», а теперь округлять жабьи глаза и строить невинность.

Внезапно Алекс понял, что у Мейкдона есть несомненный талант чувства меры. Совершая низости, он чутко ощущает грань, за которую лучше не переступать, чтобы не быть немедленно убитым. Так криволицый мерзавец проживет еще долго.

– А вы вроде бы и ни при чем. Но все равно посоветуете мне одеть корону регента.

– Я это советовал вне зависимости от ситуации с синьорой. Теперь же вам, похоже, понадобятся любые возможные ресурсы, чтобы вернуть ей свободу. Что же касается влияния на временного и, в известной мере, номинального властителя империи, то у герцогов более чем достаточно рычагов влияния и без того.

Мой синий коллега решил сделать себе персональный? Ему же хуже.

Алекс заметно сдулся, выпустив первоначальный гнев. Он питал иллюзию, что, налетев на сообщника Ванджелиса, заставит его предпринять какие-то шаги... Иллюзия рассыпалась. Герцог дал понять – хоть режь меня, Иане от этого ни жарко, ни холодно. И с порога отметать его возражения глупо, не зная истинных договоренностей между фиолетовым и синим.

Одно ясно – оба негодяи и оба стоят друг друга.

Заметив благоприятную для себя перемену, Мейкдон мягко произнес:

– Давайте оставим без внимания ваши горячие слова в начале разговора. Лучше расскажите, что творится в Аделфии. Север герцогства практически восстал?

– Да! И я молю Всевышнего, чтобы ламбрийские предводители сожгли нирайнский замок вместе с герцогом, а его прах развеяли по ветру.

– Для решения вашей проблемы такое развитие событий подходит замечательно.

Но для Икарийской империи – очередной шаг к разрушению. Волнения перекинутся и на другие районы. Мятежничество – опасная болезнь, и ее нужно лечить. Скорее всего, лечить обильным кровопусканием.

Глава 5

Глава пятая

Увидев клинки, незнакомец усмехнулся. Нижняя губа с криво сросшимся рубцом неприятно дернулась.

– Желаете померяться силой со мной, забыв собственный спор?

Он выхватил шпагу. В левой руке блеснула дага.