Князь без княжества

Алекс почувствовал, что соперник не слабее не только его самого, но, пожалуй, и Горана. Тей Софос не напирал, атаковал редко и опасно, не допуская ни единой ошибки, спокойно выжидая промах другого дуэлянта, двигался мало, очень экономными шагами.

Будь поединок учебным, Алекс получил бы от него истинное удовольствие, независимо от результата. Но условия объявлены – до смерти. Никаких шуток.

Прикидывая, как свести схватку к сравнительно нейтральному завершению, регент прикинул, что должен ранить или обезоружить Лукана, после – наплевать на условие смертного исхода.

Убивать представителя вовсе необязательно. И уж совсем нежелательно отправлять к праотцам родственника невесты.

Вызвав его на прямой выпад, Алекс применил ан-гаже, угрожая встречным уколом и принудив к защитному движению, но не продолжил атаку, а поступил необычно – сделал второй перевод клинка, дегаже, выводя шпагу на неотразимую позицию.

.. и попался на классическое кроазе. Оружие, мастерски выбитое, жалобно звякнуло по булыжникам мостовой. Блестящее острие уперлось в лоб проигравшего рядом с отметиной прошлого поражения – автографом тея Байона.

– Добивай его, Лукан! Поединок до смерти! – заорал Ванджелис, отбросив попытки хранить внешние приличия.

– Удваиваю золото!

– Такова моя обязанность, тей. Надеюсь, вы не в претензии.

Алекс обреченно опустил глаза.

Все так глупо закончилось.

В синее небо взлетела стая голубей, словно выстрелом потревоженная. Но никто не стрелял. Во внутреннем дворике воцарилась тишина.

Пришло время молодой душе вознестись к небу, догоняя сизокрылую ватагу...

На окраине Нирайна в гостиничном номере вдруг вскрикнула и дернулась Иана, отчего женщина, укладывающая ее волосы, испуганно убрала руки – не сделала ли больно высокородной синьоре.

Но та даже не заметила ее замешательства.

Не до прически. Что-то оборвалось внутри. Накатила черная, бездонная пустота...

И тут же отступила, потому что среди плаца Нирайнского замка тей Лукан опустил шпагу.

– Я передумал. Плевать на золото. Живите.