Боевой маг -2: За кромкой миров

– А кто смотреть-то будет? Я? Мне все равно. Я давно не человек. Половина из нас такие. Или ты боишься слепую Белкину? Еще глупее бояться Лунику.

– Тут есть Света и Ангелина.

– Они отвернутся.

– Слабо верится, – буркнул я, но начал снимать экипировку.

– Было бы на что смотреть, – съязвила Оксана.

– Цыц! – рявкнул я, слегка обидевшись. – Нормально у меня все.

Ко мне подошла Береста и положила ладонь на лоб.

– Не стесняйся, не надо. Я все понимаю и снижу уровень гормонов.

Надо просохнуть.

Я вздохнул, расстегнул и бросил на пол форму, скинул ботинки с высоким берцем. Перед тем как снять трусы, немого замялся, а потом стянул их одним движением, вспомнив поговорку, что потерявши голову, по волосам не плачут.

А потом быстро залез в спальник и, уставший после тяжелого дня, уснул.

Проснулся я от тихого стона Александры, которая прижалась во сне ко мне и сквозь спальник вцепилась пальцами в локоть. Она опять тяжело дышла и лепетала: «Больно, больно».

Я осторожно вытащил руку и погладил ее по голове.

– Все хорошо, – прошептал я, улыбнувшись. Прикосновение к Александре заставляло чуть сильнее биться уставшее сердце, будило приятное, давно забытое чувство.

Я вздохнул и, приподняв голову, обвел взглядом палатку. У ноутбука химичил стажер, а вокруг него дикой белкой скакала Ольха, которая, словно ребенок примеряющий новое платьице, на ходу принимала новый для нее облик. Лесавка вытянулась в росте.

Ладони стали тоньше, потеряв по два пальца. На ногах вообще не осталось пальцев, их место заняли большие упругие подушечки-копытца. Стопа удлинилась, превратившись подобие в лапы мультяшного прямоходящего зверя. На этом подобии мягкого копытца ей приходилось ходить словно на цыпочках, уподобившись сказочным сатирам или фавнам.

Она то совала нос в самый экран, то отбегала от него, чтобы с радостным выражением лица пробежаться по платке, только звериным чутьем не наступая ни на кого.

А потом вдруг страшно ревела, изображая неведомое чудовище.

– Народ, – раздался голос, похожий на Оксанин, – кто-нибудь объяснит мне одну вещь? Я что-то про местных не поняла, про нарони, они какого пола рождаются? Этого в записной книжке нет, только какая-то муть про нимф.

– Никакого, – отозвалась берегиня. – Нимфы – это у них бесполые дети. Назвали по аналогии с личинками насекомых.