Боевой маг -2: За кромкой миров

Девушка подняла руку с направленным вверх указательным пальцем – так она привлекала к себе внимание, если хотела сказать что-то важное.

– Играем фэнтези. Импровизируем, – предложила она.

– Я против! – вспыхнула Ангелина. – Он опасен!

– Нам или тебе? – спросила Александра ровным голосом.

Я на несколько секунд закрыл глаза, собираясь с мыслями.

– Здесь монстры бродят, и неизвестно когда следующий примчится, а у нас раненые, которых мы должны доставить в безопасное место.

У него замок, где мы можем передохнуть и оставить имущество первой необходимости, прежде чем приступим к эвакуации машин. В случае если погоня сядет нам на хвост, мы бросим без особых потерь транспорт и уйдем в замок. Налегке проще будет запутывать следы и отбиваться. И нам не запрещали контакты с местными, – высказал я свое мнение и вылез из своего спального мешка. Нисколько не смущаясь наготы, я встал между Ангелиной и рыцарем. Над моей ладонью зажегся зеленым огнем иллюзорный фаербол, бросая холодные изумрудные искры во все стороны.

– Моя госпожа, позволь мне пленить его, – пафосно, словно на сцене театра, произнес я суровым голосом.

Такасик поджал губы, а в его яркой ауре вспыхнула решимость. Не знаю, что он задумал, но звание рыцаря он получил не просто так.

– Оставь его, нон-тар Эгор Дикая Сосна, – ответила мне так же наигранно возвышенно Фотиди, – пусть уходит, а если не уйдет, выгони взашей.

В глубине палатки синхронно зажали ладонями рты, чтобы не разразиться смехом, Александра и Оксана.

– Госпожа, лучше полонить, за него мы сможем взять выкуп, – продолжил я играть роль сурового воина-колдуна.

– Лучше уж убей, – рассвирепела Ангелина. – Он опасен!

– Чем? – повторил я слова Александры, заставив ту закусить губу и улыбнуться, так она одержала маленькую победу над сослуживицей.

– Своим длинным языком. По его хвастливым и горделивым речам нас могут выследить наши враги. Он же потом на пиру будет трепаться, как его лесная дева приютила, а там добавит, как она в постели покорна. Знаю я их, лордов.

По ходу дела мы поэтическим языком описывали суть наших проблем, одновременно наблюдая за реакцией юного лорда. В его биополе помимо решимости и влюбленности появилось любопытство.