Кровь. Надежда. Эгоизм.

Очевидно, у него далеко идущие планы и он хотел устроить смуту среди катарианцев, не дав мне победить, но при этом значительно ослабив Корто.

Мы закончили наш разговор, а спустя какое-то время флаг Корто был спущен с крепости, ворота отворились и из них вышли воины с белыми тряпками в руках. Чуть позади них два рослых бойца вели знакомого мне катарианца.

— Мы сдаёмся, ваше императорское величество. Мы… приносим извинения за то, что были на стороне врага, и готовы понести должное наказание. Но мы одумались и поняли, что сражаемся не на той стороне.

Вы истинный правитель Империи. Чтобы искупить свою вину, мы приготовили для вас подарок. Это Дрейк, наш командир.

— Лучше бы вы осознали это до того, как обе стороны понесли чудовищные потери. Но лучше поздно, чем никогда. А подарок весьма хорош. Я долго думал над тем, как отомщу этому мерзавцу, предавшему меня. А ведь мы дальние родственники, Дрейк! Ну и как? Стоило оно того, чтобы меня предать?

— Послушай, Каварл! Давай решим всё мирно, а? — начал распинаться предатель.

— Значит, твой род был в тени, Дрейк? Прозябал? Получал крохи? Что ж, я позабочусь о том, чтобы твой род больше не испытывал подобных трудностей.

— Правда? Значит, ты простишь меня?

— Ну что ты, конечно, прощу. Только сперва уничтожу всех твоих родственников до седьмого колена. После этого у них уже точно не будет никаких трудностей!

— Да будь ты…

Я не дал ему закончить речь, подошёл вплотную и ударил его по лицу. Он упал, а подняться уже не сумел — я выхватил из ножен меч и отрубил ему голову.

На следующий день мы отправились в погоню за Корто. Боюсь, что нагоним мы его только в столице.

Глава 22 Саян. Ни на кого нельзя надеяться.

Путешествие между мирами, несомненно, является наибольшим чудом, что мы имеем благодаря магии (отрывок из трактата, подаренного Саяну магистром Айном).

Истекать кровью, знаете ли, не самое приятное занятие, особенно, если вокруг нет ни одной живой души. Насекомые не в счёт, у них души, возможно, и вовсе нет, ибо не может существо с душой пить кровь.

Посох же, хоть и живой, но проку в этот раз от него немного, так как я израсходовал всю манну досуха.

С горем пополам, бледный как поганка, доковылял я до мест обитаемых, коими были окрестности Чивуака, теряя с каждым шагом капли драгоценной крови, где меня заметил один из горожан и помог добраться до дома, усадив в телегу. Марон появился незамедлительно, сразу же принялся промывать и бинтовать мою рану.