Рыцари Ложного королевства

Откуда-то послышались странные звуки, будто деревом скрежещут о камень, потом раздалось частое цоканье металла.

«Еще одна многоножка?» – промелькнула мысль у Жени.

Над Женей склонилось чье-то лицо – неподвижное, алебастрово-белое, с синими татуировками на щеках и бесстрастным взором. Рот у лица не двигался, но в воздухе прожужжал механический голос:

— Ты Женя?

Парень кивнул – язык распух и не шевелился. Тут он почувствовал ледяное прикосновение к своему бедру, и ему сразу стало легче. В глазах быстро прояснилось, а руки и ноги уже через полминуты обрели былую подвижность.

Одежда, правда, была уничтожена – футболка изодрана в лохмотья, а на бедре зияла здоровенная дыра, но ран более не было. Заметив это, Житель подвел к поврежденным частям одежды кубический щелкающий аппарат самого грозного вида, но тот лишь заштопал дыры.

Осмотрев починенную одежду, Женя подобрал оружие и рюкзак и повернулся к спасителю. Он оказался очень странного вида: корпус из блестящей меди, задрапированный белой тканью, из которого торчало два десятка очень длинных многочленных рычагов, оканчивающихся разнообразными инструментами – от кухонного ножа и щипцов до механической кисти руки; один из рычагов, выходящий из торса, оканчивался уже виденным лицом, из-за которого виднелись вращающиеся шестеренки.

Ног не было – существо передвигалось, опираясь на эти же рычаги. Этот Житель даже не пытался притворяться похожим на человека.

— Поздравляю с пройденным испытанием, – безжизненно произнес Житель-аппарат.

– Теперь ты не нигредиец, а альбедиец – тот, кто проходит вторую стадию Делания. Распорядитель передал тебе твое имя – Змееносец.

Женя ожидал чего-то другого. Почему Змееносец?

Тем временем Житель продолжал:

— Надеюсь, ты доволен присвоенным тебе именем. Теперь следуй за мной – еще трое пока не прошли испытание, и необходимо немного подождать.

После этого Житель, стукая по камню стальными инструментами, развернулся и направился к совершенно новой двери.

Женю уже порядком подбешивала омерзительная привычка местных дверей браться из ниоткуда.

Вместо очередного зала парень совершенно неожиданно оказался на улице.

Царила беззвездная и безлунная ночь, и дул мягкий, свежий и прохладный ветер, пахнущий солью. Все освещение давали высокие черные газовые фонари, испускавшие мутный и оттого казавшийся тяжелым свет. Вокруг были невысокие, широкие дома, сложенные из желтоватого, немного слоистого камня.