Предел силы

— Мам, это оставь мне, я разберусь без заявлений. После того, как они подкараулили меня около участка полиции, это больше не вариант.

— Я очень переживаю за последствия.

— Разберусь, мам. Переживать вам не о чем. Просто буду более осмотрительным в момент агрессивных переговоров.

— Это меня совсем не успокоило, сынок.

— И меня тоже, — вмешалась Марина.

— Так, всё. Переживать не о чем.

— Слишком самоуверенно...

— Да, мам, может быть, с этим тоже разберусь по ходу.

— Как скажешь, хорошо вам время провести, не забывай писать родителям.

— Хорошо, мам, — крикнул я чуть громче, так как мама уже уходила, — а ты чего смотришь просто так? Забирайся ко мне, — стал я неловко подвигаться на больничной койке.

— Разве можно?

— Найду способ попросить прощения вместо разрешения.

— Какой ты самоуверенный, Стас, твоя мама права, — сказала Марина, но всё равно скинула обувь, подняла подол халата, чтобы залезть ко мне.

Я подложил свою руку девушке под голову, она легла рядом и уткнулась носиком мне в шею.

От неё приятно пахло какими-то сладкими духами, и судя по количеству запаха, нанесены они были ещё с утра, так как меня не тошнило. Что было бы весьма предсказуемо для моей травмы.

Дальше у меня перед глазами стали мелькать картинки, никакую из них не получалось поймать и осознать. Лишь образы. Виноватое лицо Арно. Что более, чем смешно. Этот вспыльчивый и гордый малый никогда не будет испытывать вину. Пара кадров с соревнований по боевым искусствам, которые плавно перетекают в соревнования по магии, где моим противником оказывается Толик.

Весьма странно, так как к нему у меня по первому впечатлению нет никаких претензий. Чего только восстанавливающийся мозг не придумает...

Последнее сновидение вырывает меня из дневного сна, так как там я вижу свою маму. О чём-то ей говорю и не могу сдержать эмоции. На душе грусть, чувство потери и пустота. Слёзы проступают на глазах. Я говорю «мама» и...

— Так она же только ушла, — говорит Марина голосом ниже обычного после сна.

— Чего? — открываю я глаза и понимаю, что эмоции и чувства ещё никуда не ушли.

— Мама только что ушла, кого ты зовёшь?

— Я кого-то позвал? — чуть приподнимаю я голову с подушки и чувствую, что она мокрая.

— Да, и меня разбудил. Ого, как темно за окном, сколько мы спали?

— Не знаю, — смотрю я в окно, где начинаются сумерки, в палате темнеет.

Вошедшая медсестра сразу округляет глаза, когда видит меня и Марину на одной койке.