Продавец костей

-Вы выбрали не лучшее место и время для прогулки по порту. Но, - он криво усмехнулся и под бородой мелькнул еще один шрам, пересекающий левую щеку. Дориан поморщился и невольно дернул щекой, которую пересекала такая же багровая полоса. – Я провожу вас до города.

Мориан нахмурился глядя на человека с дубиной. Пока напарник молчал, разглядывая незнакомца, Дориан отчаянно прикидывал шансы в драке с ним. Выше на две головы, значительно шире в плечах, даже сквозь куртку было видно, что человек этот не пренебрегал упражнениями.

Да и дубиной явно владеть умеет, пальцы его ловко перебирали обмотанную кожей рукоять. Если выхватить меч и нырнув под дубину постараться перерубить ему сухожилия, или хотя бы просто полоснуть по ноге, тогда шансы есть. Если дубина раньше не пробьет инквизиторскую голову. Дориан оглянулся, за их спинами собиралась толпа. Да, быть может он что-то и сможет противопоставить этому человеку, но что делать с остальными. Сколько их там, пять, нет, уже шесть и все не выглядят довольными и миролюбивыми, хотя оружия в их руках и не видно. А вот и это не так, два кастета, три ножа, ну что ж, не самый плохой расклад. Дориан улыбнулся и сдал рукоять, слегка потянув меч их ножен.

- В этом нет необходимости, мастер Дитс, - пробасил незнакомец, не глядя на инквизитора. – Рад, что ты еще жив, Хатт.

- Долька! – ахнул Мориан. – Долька, ты ли?

- Я! – кивнул незнакомец и подмигнул Мориану.

– Давненько не виделись, инквизитор. Простите!

Он отошел в сторону, приподнял дубину, покачал головой. Портовые мужики сжались, посерели, весь их боевой настрой мгновенно угас, ножи исчезли в складках одежд, кастеты скрылись в карманах, а сами мужики закрутили головами, выискивая поводы уйти. И поводы эти нашлись быстро. Долька перевел взгляд на поднявшегося на крышу мальчишку с увесистым камнем в руке, улыбнулся и хрипло выдохнул:

- Брысь!

Мальца сдуло с крыши.

- Я провожу вас до города, - Долька повернулся к инквизиторам.

- Я бы хотел видеть Каппу.

- Она знает чего бы ты хотел, Хатт. Она тоже хотела бы поговорить с тобой, но принять тебя сегодня не сможет.

- Она извиняется? – Лицо Хатта расплылось в улыбке.

- Каппа никогда не извиняется! – резко отрезал Долька с каким-то странным сожалением в голосе и добавил: - Никогда!

- Очень жаль, - кивнул Мориан. – Очень жаль, что не сможет.