Временщик 3

— Действительно, рыбоед, ты чего? — удивилась Рис. — На «Вискас» не хватает, что ли? Пойдемте, наша очередь. — Она подмигнула и хлопнула меня по плечу.

— Ты противоречишь сама себе. Если я рыбоед, то зачем мне тогда «Вискас»? — пытался достойно и аргументированно ответить ей Лиций.

— Запомни новое слово: «сарказм», — неброско ответила Рис, — почитаешь потом о нем. И поймешь заодно, что это не твое.

— Да, — хмыкнул Троуг, — явно не твое, друг.

Мы подошли к камню и заняли места согласно купленным билетам. То бишь встали вокруг. Рис ранее уже сказала, что переход до Крайна стоит тридцать пять грамм, поэтому чаша быстро наполнилась пылью. Мы взялись за руки; Рис назвала город, и в следующую секунду мы уже стояли в пустой обители.

Пахло чем-то резким, мускусным и довольно неприятным. Об этом девушка тоже предупреждала. Правитель Крайна сильно недолюбливал Игроков, однако сделать с ними, то есть с нами, ничего не мог.

Поэтому выполнил ход конем, как бы двусмысленно это ни звучало: разбил возле общины конюшни, в которых обитали личицы — толстые неповоротливые создания, отдаленно напоминающие свиней. Одно из сходств — запах. Потому что с парой таких ферм можно было с уверенностью бить биологическую тревогу.

— Я уж забыла этот запах, — выдохнула Рис.

— Да, вонь приличная, — сказал Троуг (а Лиций вовсе закрыл нос). — Однако со временем привыкаешь. Да и в Синдикате, к слову, не так смердит.

Пока есть время, можно осмотреться.

— Ребят, тут один момент, о котором я забыл, — подал я голос, кутаясь в плащ.

— Чего такое?

— Я одежду скинул постирать, поэтому надел обычные джинсы и футболку. А вы ведь помните, что случается с обывательскими вещами при переходе?

Глава 10

Часто многим людям снится один и тот же страшный сон. В нем человек выполняет какую-то работу, общается, веселится и только потом понимает, что совершенно гол.

Осознание этого внезапно и страшно. Ведь в жизни так не бывает. Не могут взрослые люди оказаться нагими. Да потому что… не могут. Если адекватные и не употребляют запрещенные вещества. Но нет, вот ты стоишь, голый, обязательно в толпе, а все остальные непременно пялятся на тебя. И в момент, когда готов уже провалиться со стыда, наконец просыпаешься.

Я, к сожалению, не спал. Правда, в моем случае были некоторые оговорки.