МУРР (Магический Университет Реликтовых Рас)

Я просто опрокинула над кружкой флакончик, не считая, сколько там капелек, и выхватив кружку из рук Кольцова, шагнула к кровати. Салса заканчивала работу с мёртвой водой. Сейчас Ванька уже не был похож на разодранного пополам. Он был похож на обычный труп. Бледный, прозрачный, обескровленный, но целый труп. И он не дышал.

Фея капала из пипетки какую-то жидкость в обветренные губы Ваньки. Наверное, живая вода. Вода стекала из угла рта. Ванька не мог проглотить ни капли.

- Неужели опоздали? – в отчаянии воскликнула Салса.

Я отодвинула её в сторону и взяла у неё пипетку. Потом плеснула из кружки на ванькину грудь. Кровавые потёки, что были на груди, запузырились и стекли на кровать. Ванька лежал, так похожий на живого! Дрожащими руками я набрала полную пипетку и одним разом выдавила всё ему в рот. А потом зажала ему нос и сильно вдохнула в него воздух, как при искусственном дыхании.

Да, я знаю, что это неправильно! Знаю, что жидкость может попасть не в горло, а в дыхательные пути, в лёгкие.

Ещё пипетка и ещё вдох. Ещё. Ещё. Ещё … Бесполезно. У Ваньки даже ресничка не дрогнула. Ванька был мёртв.

- Ванька! – зарыдала я, оседая возле кровати, – Ванька, милый! Очнись! Я для тебя, всё что хочешь! Только живи! Ванечка!

И мои слёзы потекли по ванькиной груди.

- Ах-хах! – послышалось где-то рядом, – Хах! Хакх!

Не веря себе, я подняла голову. Ванька, не приходя в сознание, пытался откашляться.

- Не может быть! – побледнела и попятилась назад фея Салса, – Я же видела!.. У него ауры уже не было!..

- Не может, однако, бывает, – подытожила кикимора, пристально вглядываясь то в меня то в Ваньку, – И чем это ты его поила?

- Я, кажется, знаю, – пришёл на помощь Роман Викентьевич, глядя на меня, впрочем, укоризненно, – Я вам, Клара Георгиевна, потом объясню!

Ванька открыл глаза и мутным взором огляделся.

- Васька!.. – проникновенно сказал он и улыбнулся.

И это «Васька» прозвучало у него так тепло и душевно, так ласково и нежно, так мягко и сердечно, что я опять, как дура, разрыдалась у него на груди. Чуть не расплескав остатки бесценной жидкости из кружки.