БЕСсильный чемпион. Том 5

Складывается картинка? Заодно потребуем, чтобы Перун раскрыл строение своего экзокостюма нашим военным инженерам. Аяно говорит, что в Кандагаре в броне были всего лишь школьницы. Школьницы громили моджахедов, отец! А теперь представь целый батальон в мильфиновых латах с адаптивными свойствами! Это же новая веха в развитии военного дела!

- Представил, - хмуро бросает Михаил. – Дороговатый батальон выйдет. Но эффективный, ты прав. Ох, боги, - император вдруг устало горбится. – Что происходит? Я уже ничего не понимаю.

Мы воюем с монстрами из кошмаров, создаем железных сверхлюдей, а еще даруем ребенку княжеский титул за военные заслуги.

- Мир меняется, отец, - пожимает плечами наследник. – Иномиряне, жрущие людей… Школьники, превосходящие по силе седобородых Воевод, благодаря демонской энергии. Либо мы принимаем изменения, либо нас сотрут в порошок.

***

- Его Императорское Величество император Михаил! – объявляет церемониймейстер самого главного человека русского мира.

На сцену вступает подтянутый мужчина в белоснежном мундире лейб-гвардии гусарского полка. Лик суров, борода причесана, глаза грустные.

Последнее не вполне вписывается в торжество людей вокруг. Победа. Шейх казнен. Афган признал вассалитет. Из-за Гоши, может, расстроился?

Люди в зале сидят на стульях. В первом ряду цесаревич Владимир. Мы с Софией и Белоснежкой в третьем, что считается почетно. Меня бы лично и Камчатка устроила бы. Отоспался бы хоть. С первого дня София совсем не дает продыху.

Соблазнительное бельишко меняет чуть ли не каждые три часа. Она наряжается, а я потом страдаю недосыпом.

Все хлопают императору. София многозначительно смотрит на меня, и я тоже стукаю лапками, для виду. Сам залипаю на бюст княгини – всё лучше, чем царь, и, тем более, рожи льстецов. С другой стороны Белоснежка недовольно сопит, и толкает локтем.

- Я тоже красивая, - шипит она, показывая руками на гладкую шею и обнаженный верх плеч.

- Кто спорит? – удивляюсь.

– Разве я тебе не доказал буквально этой ночью?

- Сестре ты больше внимания уделяешь, - бурчит, поправив лиф желтого платья, точнее спустив его немного ниже. Заметив мой скользнувший туда взгляд, она сразу дергает широкий ворот еще ниже, на самую грань приличий. – С самой Москвы!

- Так я ж соскучился по Соне, - ухмыляюсь. – Ты что, родную сестру не любишь? Оставь ей немного сладкого, жадинка.

- Если бы только сестра, - Белоснежка разошлась.