Разбитый мир II. Сердце Триединства

Оно случилось и не изменится, что бы он ни надумал. Шед мертв. А Тормента жива. Могло быть наоборот, если бы Гефест Кандаон сказал лишь одно слово.

Что ему помешало? Какие у него были мотивы не убивать Торменту? Почему позволил ей сбежать?

Если бы Дармер мог, то непременно спросил Гефеста. Сейчас его обуревало столько мыслей и чувств, что юноша не стал бы робеть перед Старейшиной. До дворца всего несколько ярусов и десятка четыре ступенек. Дармер может оказаться наверху через минуту. Но какой смысл? Кандаон до сих пор игнорирует его.

Дармер не видел учителя ни разу с последнего урока перед злополучной тренировкой.

Остается надеяться, что Старейшина сменит гнев на милость, когда Линт поправится. Потому Дармер продолжил сидеть у госпиталя, безразлично оглядывать окрестности, дожидаясь, когда операция закончится.

И чуть не свалился с насеста, когда что-то вылетело прямо перед носом.

– Осторожнее! – его схватили за локоть, не дав упасть. – Тут невысоко, но я знаю случаи, когда и с такой высоты умудрялись ломать шеи.

Ты же не хочешь присоединиться к ним? Уверяю, «друиды» не помогут.

– Пока ты не выскочил, как зомби из могилы, я не собирался падать, – проворчал Дармер. – Может, сядешь? А то твое лицо мельтешит перед глазами.

Зависший перед ним Гимнур Спинорог непрерывно махал крыльями, из-за чего колебался в воздухе вверх-вниз. Старейшина подлетел ближе, ухватился за край и одним движением уселся рядом с Дармером, сложив крылья за спиной. Белые перья мазнули юношу по лицу.

– И о чем ты так глубоко задумался, что не заметил моего появления? Почему в таком месте? Никогда прежде не видел, чтобы здесь сидели маги. Или ты пришел полюбоваться на остров?

– Нет, – ответил Дармер. – Сегодня у нашего тренера операция, и я…

– Точно, мне говорили, – припомнил Гимнур. – Настоящая полостная операция, давно о таком не слышал. Значит, ты за тренера переживаешь?

– Нет, – покачал головой Дармер и глубоко вздохнул.

– А, понимаю, – улыбнулся Спинорог.

– Это из-за Гефеста, верно? Не расстраивайся. Он всегда устраивает бойкот, когда сердится. Такой у него способ наказания. Но долго это обычно не длится. Вот увидишь, как только твой тренер поправится, Гефест тут же объявит помилование.

– А тебя он тоже игнорировал? – заинтересовался Дармер.

– Его я раздражаю куда реже, чем Мистихт, – усмехнулся Гимнур. – На фоне взаимоотношений с ней, у нас с Гефестом идеальная дружба.

Вот уж точно.