Мир в огне

Даже заколка, собиравшая длинные волосы в причёску из посеребрённой стали.

Первым судя по торжественному выражению лица, собрался заговорить мужчина в «рубахе» и золотых украшениях. Он уже открыл рот, явно ожидая, лишь пока гости спешатся, а подбежавший конюх разберётся с непонятной упряжью и уведёт коней. Но если все остальные – и возницы, и пассажиры повозок едва подъехали, тут же сошли на землю и склонили голову, Лейтис спрыгнула с коня – то Ислуин почему-то слезать не спешил. Пауза затягивалась.

Конюх было протянул руку всё-таки взяться за уздечку – но жеребец, за время дороги успевший проникнуться вкусами и характером нового хозяина, злобно посмотрел и попытался укусить. Парень еле успел сначала отдёрнуть руку, а потом отпрыгнул: раз уж не удалось зубами, жеребец решил попробовать догнать копытом.

– Уберите от меня этих недоумков, – обратился Ислуин к мужчине в синей тунике. – Воще, будто коня первый раз увидели. Где у вас тут конюшня? Да не, не собираюсь я, это, сразу туда коня вести, – магистр спрыгнул на землю.

– Потом. Позвольте представиться. Кер Ислуин, вольный философ. Кер? Гвена? – прозвучало в сторону пожилого и девушки в алмазах.

Лейтис с трудом удержала смешок и вдруг заметила: маскирующий от наблюдения амулет выключен, и аура наставника – поддельная. Магистр теперь казался вдвое, а то и втрое моложе настоящего возраста. Причём не только аурой, чуть сменилась и пластика движений, и откорректирована внешность. Возникшее было после выходки коня дурашливое настроение исчезло.

Девушка собралась, приготовившись подыграть… или драться, если что-то пойдёт не так. Тем временем мужчина в «рубахе» справился с негодованием от того, как его демонстративно не замечают, сделал два шага вперёд и попытался начать свою речь:

– Приветствую вас, чада мои…

– Я, папаша, тебе не родственник.

Эльф от хамства поморщился, но продолжил:

– Все мы дети великого Эбрилла. Я же старший из филидов дворца Хранителей Ясного престола, поэтому возношу общие молитвы на алтаре бога.

Через нас, жрецов, Эбрилл присматривает за грехами нашими…

Холодный огонёк бешенства, на мгновение мелькнувший в глубине взгляда магистра, заметила только Лейтис. Миг спустя перед филидом был всё тот же наглый паренёк, разве что нахальства прибавилось.

– Если уж богу больше нечего делать, кроме как подглядывать – это его дело. А я вот шпиков никогда терпеть не мог, даже если сам Эбрилл просит.