Забытые: Тени на снегу

Помнишь сказки? В исконно наших землях, которые теперь зовутся пределами Забытых, росло много волшебных деревьев. Разных. С разными свойствами. Узнаешь породу – разберёшься, для чего именно находку использовали. Не скучай.

Руки обняли в последний раз, крепко-крепко, и исчезли. А я поняла, что плачу. Реву навзрыд... потому что не скучать невозможно.

Помогла, как обычно, Вёртка – тихо закурлыкала, потёрлась о мою спину. Я вытерла рукавом мокрое лицо и осторожно встала. Опасалась, что приложит усталостью из-за очередных чар на грани, но нет.

Обошлось. Наверное, потому что я... дома. Почти.

Я уходила из башни с лёгким сердцем, но с тяжестью на душе. Отрадно, что меня поддержат... и страшно – за тех, кто рискнёт.

Что же это за напасть-то такая?.. Откуда взялась спустя столько лет?.. И неужто мы опять так испугаемся, что позволим старой беде расползтись по последним живым землям? Или наконец соберёмся и узнаем? Кто стоит за Забытыми? Как их создали? Как и зачем убрали? И почему решили вернуть именно сейчас?

Но больше всего, конечно, хотелось узнать, кто.

Кто этот, поглоти его Гиблая тропа на веки вечные... бессмертный чучельник, творящий из мёртвой крови могущественных чаровников. И величайшее бедствие Шамира.

Лестницы вниз подворачивались сразу. Не глядя по сторонам, я быстро спустилась в кухню. Насторожённо присмотрелась к своим спящим спутникам и тяжело села за стол.

Кто?..

Я придвинула к себе кружку с чаем. Поспать уже не получится – утро на дворе. Скоро все встанут – вон и Зим ворочается так, будто вот-вот проснётся.

Я пододвинула к себе тарелку с горячими масляными блинами и взялась есть. А в кружке оказался не чай, а бодрящий отвар. Продержусь. До саней.

Зим проснулся. Сел, огляделся и уставился на меня. А я ела, да. Я же только просну...

– Ты не ложилась, – как-то определил знающий. – Что ты делала?

В душе вскипело раздражение. Какое твоё дело...

– Слушай, – я взяла второй блин и постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно, – если подозреваешь в нехорошем, то накатай жалобу в общину.

Осна-де занимается непонятно чем. Куда-то лезет, что-то делает и ничего не рассказывает. И чем-то непонятным владеет. Напиши-напиши. И направь её моему наставителю – это Ветрен. Или своей наставительнице Снежне. Или сразу всем нашим общинным Мудрым. Только от меня отстань, а? Ты мне не наставитель и не Мудрый, и я ни о чём тебе рассказывать не обязана. И если что, то умыться – вон там, – я указала на скрытый в сумраке рукомойник у двери.