Друзья

Проливать кровь не пришлось, потому что верёвка смахнула с сёдел нёсшихся галопом гонцов и ни один из них не пережил падения. С большим трудом удалось остановить лошадей, которых сразу же увели в лес. Немного позже туда же унесли тела торийцев. После этого убрали верёвку и ушли сами, взяв из брошенного воза золото и заранее отобранную провизию.

Этот поворот был выбран из многих других не случайно, а из-за найденного поблизости от него ручья. В нём долго мылись, сбросив с себя вонючие крестьянские тряпки.

Бороды выбросили, а отросшую щетину кое-как сбрили кинжалами. Одежда гонцов только немного испачкалась в пыли и её надели, а потом почистили друг на друге. Найдены были и бумаги, которые граф не смог прочитать.

– Я выучил только разговорную речь, – смущённо объяснил он солдату. – Ладно, заставы будем объезжать, а остальным нет дела до наших сумок. Быстрее уезжаем, пока никто не заинтересовался брошенным возом.

Они почти всё время двигались мелкой рысью, но и этим неспешным аллюром дотемна проехали больше, чем в крестьянской повозке за все дни.

Отдыхали очень недолго и только тогда, когда поблизости никого не было. Несколько раз встречали отряды торийцев, мимо которых проносились галопом.

– Нужно накормить лошадей и поесть самим, – сказал Ольгер, когда начало темнеть. – Я думаю, что можно рискнуть заехать в трактир. Кони поедят в любом случае, а мы с тобой – только в том, если там не будет торийцев. Спросим у конюха, он должен знать. По-моему, скоро должны приехать.

Трактир увидели, когда стемнело. Если бы не горевший над крыльцом фонарь, могли бы не заметить и проехать мимо. Конюшня оказалась пустой, а конюх спал на копне сена в одном из денников. Его растолкали и на ломаном доршагском приказали заняться лошадьми.

– В твой трактир есть наша воины? – спросил граф. – Отвечай, животное!

– Никого нет! – ответил испуганный мужик. – Приезжали днём, пообедали и умчались. Я не упомню, чтобы ваши останавливались на ночь.

Ему бросили серебряную монету и пошли к трактиру.

– Боязно! – сказал следовавший за Ольгером Даль. – Мы здесь будем как в ловушке!

– Не бойся, – успокоил его граф. – Уже ночь, а в это время по дорогам не ездят, особенно сейчас. Утром позавтракаем и рано уедем.

Беглецы вошли в заведение и, продолжая коверкать язык, потребовали себе ужин и комнату. Несмотря на позднее время, им быстро предоставили и то и другое. Когда поужинали и поднялись на второй этаж, услышали конский топот.