Падшие герои

Будто нечто бездонное, неосязаемое, и в тоже время реальное, следило за тобой. Эльфы считали Лес живым и разумным. Почтение к нему было один из столбов их культуры и религии. Люди же снисходительно относились к этим сведениям, но признавали магию Леса реальной. Раны в нём исцелялись быстрее, болезни слабели, поэтому они так жаждали его захватить. Место, столь насыщенное магией и ценными ресурсами, было лакомым кусочком для любого государства.

К закату третьего дня с момента их встречи Генрих и Эллейн покинули границы Таинственного Леса и вышли к небольшой крепости людей.

Раны всё ещё беспокоили герольда, но уже гораздо меньше. Магия проклятой принцессы и Таинственного Леса практически исцелили Генриха за эти дни.

– Вот и граница Леса,– холодно констатировала Эллейн.– Теперь твоя очередь быть моим проводником, человек.

– Не волнуйся, провести тебя я смогу без особых проблем,– уверенно сказал Генрих.– Как ты планируешь победить Зентреба?

Проигнорировав его вопрос, Эллейн двинулась на лосе дальше. Неодобрительно покачав головой, герольд последовал за ней.

Отпустив животных лишь вблизи крепости, Эллейн и Генрих пешком направились к аванпосту людей. Он находился на открытом пространстве, практически все деревья и кусты на пару миль вокруг были вырублены, дабы не произошло неожиданного нападения. Сама крепость представляла собой большое трёхэтажное здание с пристройками, обнесённое деревянной стеной. Рядом протекала небольшая речка. Когда до укрепления людей осталась лишь пара полётов стрелы, Генрих остановился и скептически посмотрел на Эллейн.

– Что–то не так?– настороженно спросила девушка, тоже останавливаясь.

– Мы выглядим крайне подозрительно,– честно ответил герольд.– Особенно ты. Тебе нужно сменить образ. Желательно на мужской. Сделаем из тебя моего оруженосца.

– Ты с ума сошёл, человек? Почему я должна притворяться мужчиной? Да ещё твоим слугой?

– Потому, что моё возвращение из Леса в кампании одной лишь девушки будет крайне подозрительным,– терпеливо начал пояснять Генрих.

– В нашей армии женщины были лишь волшебницами, жрицами и куртизанками. Как думаешь, на кого ты больше сейчас похожа?

– Я без особых усилий могу прикинуться волшебницей или жрицей,– резонно заметила Эллейн.– Но уж продажной девкой ни буду никогда!

– Как скажешь,– согласился Генрих, отметив про себя, что девушка знает значение слова куртизанка.– Вот только люди моего положения не могут появляться совсем без свиты и в компании лишь жрицы или волшебницы.