Пёс императора

Это он по башке слишком сильно получил, или так действуют браслеты? Скорее второе — если Пятому было в них не по себе, то как приходится существу, всю суть которого составляет магия. И снять браслеты нельзя по этой же причине, исчезнет же, просочится как дым меж пальцев — эльфы это умеют.

Пятый коснулся щеки пленника, делясь с ним энергией. Тот задышал быстрее, как после бега, и вдруг распахнул глаза. Последняя трусливая надежда на ошибку пискнула и сдохла в муках. Глаза были его, того самого эльфа из детства. Огромные и ярко-зёлёные.

Слишком яркие для бледной кожи и светлых, почти бесцветных, волос. От их взгляда невозможно оторваться, и смотрит эльф пристально, в самую душу, словно это и не он только что валялся без сознания.

Могущественный имперский маг замер под этим взглядом как кролик перед удавом. Эльф смотрел долго, хмурился, словно искал что-то. Наконец, улыбнулся одними уголками губ, не сказал даже, а прошелестел еле слышно:

— Райс. Ты всё ещё здесь. Вернись, пожалуйста.

Пятый резко отдёрнул руку, которой всё ещё касался его щеки, и глаза эльфа закатились, он снова потерял сознание.

— Крот! — крикнул Пятый, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. — Кто-нибудь, сюда.

— Заберите его, — кивнул на пленника двоим заглянувшим в карету магам. — Глаз с него не спускайте, это тот, кого мы искали.

— Есть, командир, — маги выволокли эльфа наружу, если они и удивились, откуда он тут взялся, то виду не подали — субординация не позволяла.

Пятый тяжело опустился на освободившееся сиденье, закрыл лицо руками.

Дети зашуршали в своём углу, и Пятый убрал руки, рявкнул:

— Спать ложитесь!

Потушил огонёк и сам завалился на боковую, до утра было ещё далеко.

Заснуть удалось нескоро, и лучше бы вообще не удалось. Пятый давно не видел снов, тем более — кошмаров. Он бежал через ночной лес, спотыкался, падал и вставал, ветки стегали его по лицу, узкая ладошка выскальзывала из руки, и отчаянный крик «Райс!» разрывал тишину.

Собственный всхлип вырвал его из сна, многолетняя привычка держать контроль не позволила закричать.

Пятый лежал, слепо пялился в темноту и тяжело дышал. Просто сон — этого не было никогда. Не было этого бега, не было крика сестры. Он потерял её не так. Шанна. Её имя, в отличие от своего, он помнил всегда. Маленькая плакса совсем на неё не похожа. А имя… Что имя? Просто совпадение. А, может, насмешка судьбы.

Утром отряд вновь двинулся в путь.