Пёс императора

Выехали они поздно и добраться да темноты в Лост не успели, пришлось заночевать в большой деревне у тракта. Дорога тут была оживлённая и постоялый двор оказался едва ли не больше всей деревни. Сотня магов разместилась тут едва ли не с большим комфортом чем в гарнизоне. Слуги, правда, сбились с ног, обслуживая в обеденном зале такую ораву, но это только их проблемы.

Пятый поймал в толпе Меткого, приказал принести еды перевёртышам, которые опять ночевали в конюшне на цепи.

Двери общего зала распахнулись, и при виде новых посетителей повисло молчание — такое густое и тяжёлое, хоть ножом режь.

Ищущие!

Посетители старательно прятали глаза, даже боевые маги склонили головы — благоговение перед служителями Школы в них вбили крепко.

— Приветствую, братья, — поклонился им и Пятый, — лёгок ли ваш путь? Я вижу, вы нашли одного кандидата.

— Приветствую. Солнцеликий освещал наш путь, — ответил один из Ищущих ритуальной фразой, откинул капюшон, обнажив лысеющую макушку, и перешёл к делу. — Нам нужны местные власти.

— Так вот, староста как раз здесь, уважаемые, — выскочил вперёд трактирщик.

Староста, полноватый просто одетый мужичок отмечающий что-то в компании приятелей, отставил кружку с пивом и торопливо поднялся навстречу нежданным гостям.

С ним Ищущий не счёл нужным здороваться, сказал сразу:

— Заберите преступницу.

— В чём её вина? — уточнил староста.

— Год скрывала кандидата. Ещё немного, и у вас под носом завелась бы дикая ведьма.

— Неправда, — взвизгнула женщина, рванулась к девочке, — моя дочь не дикая!

Девочка даже не обернулась на крик. Пятому был слишком хорошо знаком этот отсутствующий взгляд, он помнил и собственное безразличие, охватившее его, едва он попал в руки Ищущих. Девочка под чарами, а вот мать потеряла остатки самообладания, схватила со стола нож. Лёгкий щелчок пальцами, искорка силы, и нож выпал из онемевшей руки.

— Спасибо, брат, — как ни в чём ни бывало поблагодарил Ищущий. Как за мелкую услугу. Впрочем, так оно было, справляться с обезумевшими родителями — его работа, не все отдают детей добровольно.

Староста засуетился, приставил к женщине двух вышибал вместо стражи.

— Будь ты проклят, пёс! — выкрикнула женщина Пятому, пока её волокли наружу. Видно, совсем уж терять нечего, раз осмелилась сказать такое вслух.