Черные руны судьбы

Когда ручей, около которого на них напали людоеды, пропал из виду, ему вспомнилось изречение из «Неимоверных Записок» Ваги Огненный Рот, еретического, почти запретного сочинения, неведомо как уцелевшего на полках монастырской библиотеки.

«Слепцы бредут через густой туман, взыскуя Вечности, и это называется жизнью» - писал мудрец, и он, судя по всему, разбирался в таких делах.

Глава 4

3. Первая. Посох.

Халльвард огляделся.

- Вот это жопа, полная срань, провалиться мне три раза, - сказал он. – Чтобы тебя зомби в жопу трахнули, некромант клятый.

Но Найгер и так был мертв, а с ним обратились в пепел обещанные деньги, если они вообще были. Погибли соратники, с которыми прошел бесчисленное множество схваток и не одну сотню миль.

Придется забрать их снаряжение, лошадей, все продать и догонять роту в одиночку.

Но не успел Халльвард даже избавиться от доспехов, как то место на боку, куда его несколько дней назад ткнули ножом, вспыхнуло огнем. Перед глазами закружилось, ноги подогнулись, и он обнаружил, что лежит на животе, неловко подмяв руку.

Вытащил ее и попытался встать, но не сумел, мышцы вроде бы сократились, но ничего не вышло. Только выступил на лбу пот, и вновь резко и сильно заболело там, где недавно была рана.

Похоже, чародей из Сивара то ли обманул наемников, то ли схалтурил.

Халльвард нередко получал раны, пару раз тяжелые, но никогда в жизни он не чувствовал себя таким беспомощным.

- Вставай, падаль, - прохрипел он, обращаясь к себе.

С третьей попытки смог подняться на колени, но тут же едва не упал, в глазах потемнело.

Переждал этот приступ, и встал на ноги, шатаясь, словно после славной попойки, сипя и хрипя.

Он тут один, и на помощь придет разве что сонный мертвяк, не вылезший из руин вместе с сородичами.

Халльвард сумел дошагать до останков Большого Рилда, и подобрал его меч. Двуручник показался неожиданно тяжелым, хотя раньше легко управлялся с ним одной рукой.

Решив, что пока хватит, и что надо скинуть доспехи, заковылял вверх по склону холма, туда, где остались лошади.

Боевой конь Халльварда посмотрел на хозяина с удивлением, приветственно махнул хвостом, прочие шарахнулись и беспокойно заржали.

Учуяли мертвяцкий «аромат».

Двигаясь, как замерзшая улитка, он все же стащил с себя доспехи, и остался в дублете. Легче не стало, а бок заболел снова, да так, что Халльвард закусил губу и остался стоять, опершись на дерево.

- Кишка Вечного, - пробормотал он, когда стало полегче, и подумал, что придется идти к савирскому магу.