Честь и Доблесть

Остальные громко назвали себя, и я услышал такие, громко звучащие имена: Мариус! Даймонд! Арне! Лемюэль!

Во дворе были две отгороженные площадки для поединков, здесь же стояли бочки с песком, с воткнутыми в них шпагами и мечами. Этим же песком чистили кольчуги, кирасы и латы.

Гастон давал каждому воину, после переклички, задание, и, увидев меня, сделал жест рукой подойти.

- Этот немец пока поживёт с нами, прошу господ рыцарей не вызывать его на дуэль, и не прикончить через пару дней; он нам ещё пригодится... - сказал Гастон.

- Пока он с нами, мы его не тронем, - сказал Кристофер.

Я улыбнулся и поднял руку с открытой ладонью в знак приветствия.

Рыцари добродушно засмеялись.

В это время, со стороны дворца, бодрыми шагами, к нам подходила девушка с длинной шпагой на боку. Она отточенным движением выхватила шпагу и салютовала ей в сторону рыцарей. Воины отдали салют своими шпагами и стали расходиться со двора.

- Познакомься немец, это Лексия, - сказал сержант Гастон.

Это не была та девушка, что пристально смотрела на меня из окна второго этажа замка, это была знакомая уже мне девушка, что смотрела на меня холодными глазами, держа руку на эфесе шпаги; когда отряд французской знати охотился в лесу и наткнулся на меня, у источника воды.

Сейчас она была в грубой мужской куртке, в коротких сапожках с отворотами, в синих шёлковых штанах, но в том же голубом берете с королевскими лилиями.

- Лексия владеет шпагой так, как волчица своими клыками, - усмехнулся сержант Гастон.

- Лексия.

- Так точно, её родители не ошиблись, дав ей это имя... Её дед был знаменитым крестоносцем, и лучше всех, как говорят, сто лет тому назад, владел искусством мечевого боя... Наша Лексия пошла в него... Она личный охранник фаворитки короля Агнессы Сорель... Такая честь для нашей графини вполне заслужена; и не только потому, что её дед был прославленным крестоносцем... Лексия уже сама отправила на тот свет несколько англичан, и, кажется, одного бургундца.

- Я никогда им не прощу смерть Жанны, проданной и преданной ими англичанам, - жёстко сказала Лексия, сузив глаза.

Она сняла перчатку, и протянула мне руку. Я коснулся губами кончиков её пальцев и назвал своё имя:

- Альберт.

- Из какой ты земли? - спросила Лексия.

- Из германских гор, - ответил я.

- Значит, - Альбер де Монт.

- Значит Альбер де Монт, - сказал я.