На столе и за столом

И если в ссору встрянет не от скуки, то неминуемо оставит синяки.

Но только глянул с ходу на Ерёму, потух в Фоме скандальный огонёк:

Тот чуть слезу не утирал соломой, рвал с головы своей за клоком клок…

Причина горя – вам не трали-вали: «Пошла жена Бурёнку подоить,

А чтоб на пальцах кольца не мешали, решила золото всё в кошелёк сложить.

Да и забыла вещь свою в кормушке. Когда же вспомнила – исправить уж нельзя:

Сжевав кошель, десерт как на пирушке, не ест корова сена уж три дня».

Фоме сказать – как будто объявление повесить в клубе или на сарай.

Вмиг началось в селе столпотворение – смели навоз, как будто был Мамай.

Но не нашли ни золото, ни лома, хотя органика пошла любому впрок.

– Ошибся я, – признался всем Ерёма. – В серванте жёнушка забыла кошелёк!

Чистый двор

Зимою снега у Фомы не просят. И этот факт ему не по душе.

Весь двор – в сугробах, что метель наносит до дверцы на чердачном этаже.

Так что жалеет, что снежок – не сладость, а потому – не нужен никому.

Но самому лопату взять – не в радость. И снег кидать не хочется ему.

Сосед Ерёма (что уж тут лукавить), вмиг оценил, проблемный сей момент:

«Опять весной во двор к нему направит свои ручьи беспутный элемент…».

Сам он такого позволять не смеет: на огород снежок стаскал давно,

Чего Фома никак не разумеет, хоть наблюдал за этим он в окно.

Тогда как солнце не даёт надежду на то, что припозднится вдруг весна.

Уже в демисезонную одежду принарядилась с улицы толпа.

Но вот однажды, в час послеобедний раздался стук. И уж Фома не спит.

В окошко глянул на своих соседей, а там Ерёма короб мастерит.

Листы фанеры сшил он аккуратно. Не пожалел гвоздей на стенки он.

Затем на крышке адресок обратный написан был роднейшей из сторон.

«Зачем, приятель, ёмкость из фанеры тебе такая срочно вдруг нужна?».

А тот ответил хитреньким манером: «Заказан ящик из-за рубежа!

Там гонки лыжные наметили по плану, да только снег не выпал.

Я им по почте за большую плату сугроб и вышлю без больших затей!».

«А можно мне немножко бандеролей туда ж отправить лучшего снежка?».

Спросил Фома и словно шайка троллей, набил он снегом тридцать три мешка!

Чист двор как стёклышко – сугроб вошел в программу. Но огорчил соседа кислый вид:

Пришла, мол, от буржуев телеграмма: «Снег им не нужен. Свой – кругом лежит!»

Но похвалил за «бандеролей» груду: «Они для грядок – лучшие дары…».