На той же арене

Громадная пушка главного калибра, установленная на дне, развернулась в их сторону и закрутила фокусирующими кольцами, потрескивая эфиром. Она не стреляла, но в любой момент готова была открыть огонь и как минимум прожечь дыру глубиной в три десятка метров и шириной аккурат до третьих рядов трибун.

С широкой ухмылкой Тззетт изящно поклонился своим противникам, поднес к лицу из ниоткуда возникший в его руке децибеловый посох и объявил всем зрителям:

-Что же! На этом Вернисаж Изобретателей закончен, друзья. Всем гениальным изобретателям этого мира я хочу сказать свое искреннее спасибо, как и всем тем, кто пришел.

Он вновь изящно поклонился, но уже в сторону трибун и пристукнув каблуками – вмиг взмыл в воздух на колонне из филигранной стали.

Громкоговорители щелчком перенастроили громкость, панталия в аккомпанементе арф проиграла гимн, и из башен по краям стадиона выстрелили залпы салюта, а на стенах за трибунами развернулись гобелены с вышитыми портретами победителей. На фоне пораженного молчания толпы эти звуки и красочные движения показались странными и нелепыми.

Искари взглянула на раскаленный сгусток пламени так и зависший дребезжащим белым снарядом, потом подняла взгляд на уже ставшее далеким лицо Тззетта. Он отступал. Он обидел ее маму, обидел ее, обидел ее друзей, а теперь уходил. Безнаказанный.

-Все кончилось. - тихо сказала стоявшая рядом Навсия, и пиромантка была поражена, насколько сильно ей нужно было услышать эти слова. - В другой раз ты закончишь начатое. Сейчас же все кончилось.

Искари кивнула, чувствуя, как заполняют ее благодарность и облегчение. Забытый сгусток огня рассыпался в ничто.

Воспоминания нахлынули стремительным, искаженным потоком, смешиваясь с реальностью в глазах пиромантки.

Девочкой одиннадцати лет Искари Навара стояла на арене и вглядывалась в трибуны, цепляясь за слабую надежду увидеть лицо мамы. Той, кто сможет обнять и утешить, сможет защитить от всех этих злых людей, которые хотят, чтобы она понесла наказание за детскую глупую шалость.

Полная таких же чувств Дин раскрыла объятья и Искари подбежала к маме и упала к ней в руки.

Глядя на дымящиеся вулканические долины со стен крепостного комплекса Тосфири, Искари не одну тысячу раз с наслаждением представляла себе такие моменты нежности.