История Бессмертного-1. Повреждённый мир

Глаза его подозрительно сузились, шерсть на холке начала подниматься дыбом, оголились молочно-белые зубки, и послышалось порыкивание. Я не знал, что предпринять, оставить его здесь одного нельзя, он не выживет. Левая, не занятая сферой рука тянется к волчонку, а губы шепчут:

— Я не причиню тебе вреда.

Но волчонок лишь оскалился ещё сильнее, он не доверяет мне. Рука приближается к его мордочке, и тут он кусает меня за запястье. Его зубы впиваются мне в руку, со стороны может показаться, что клыки небольшие и не могут причинить особого вреда, но мне так не кажется.

Уровень жизни просел на треть, а иконка с системками призывно замигала, некогда, потом посмотрю.

Боль в игре неприятно удивила: сначала довольно чувствительная царапина во время моего первого боя, теперь укус. Я чувствую каждый клык, впивающийся в мои кожу и мышцы. Нет, в реале меня собаки не кусали, но я подозреваю, что если бы это случилось, то чувства были бы схожие.

— Я не причиню тебе вреда, - уверенно повторяю я, в то время как кровь стекает по зубам волчонка, пачкает его белоснежную шерстку на мордочке и капает на землю.

Шкала жизни опустилась уже до отметки 30 единиц. Перед глазами замелькали алые пятна, картинка начала терять резкость, а волчонок все не отпускал мою руку.

— Действуй, раз решил, - говорю я волчонку. - Я все равно не причиню тебе вреда.

Тело персонажа завалилось на спину, и единственное, что мне остаётся, - это смотреть, как заканчивается жизнь. 7…6.., вот, похоже, и моя первая игровая смерть.

Когда уровень жизни опускается до пяти единиц, боль внезапно прекращается. Я чувствую, как зубы волчонка отпускают мою руку, а затем что-то теплое и шершавое прикасается к ранам. От этого прикосновения боль мгновенно проходит, и тепло распространяется сначала на область укуса, а потом и на всю руку. Тепло нарастает, через несколько секунд оно становится обжигающим, и я уже с трудом могу сдерживать крик. В тот момент, когда сил терпеть уже не остается, жжение резко прекращается, и картинка перед глазами гаснет.

Первое, что я увидел, когда открыл глаза, - мордочку волчонка. Он взгромоздился мне на грудь и, смешно наклонив голову в сторону, смотрел на меня угольками своих глаз.

— Ну и зачем было это делать? - с укором в голосе попытался отчитать я волчонка.

Тот не ответил, но и глазеть на меня не перестал. Полоска жизни вернулась к максимуму, поэтому я осторожно сел на землю и посмотрел на свою руку. Сказать, что я был удивлен, это ничего не сказать.