Это другое 3

Повторила судьбу рыжеухой её белоухо-голубоволосая чумазая подружка, уже, получается, оклемавшаяся и, пусть видно, что без особой охоты, но с твердой уверенностью последовавшая-таки за столь отчаянной своей напарницей по этому безумию, дабы отдать, по их мнению, долг жизни. И хоть вторая девица была, очевидно, более холоднокровна, осмотрительна и явно расчетлива, во всяком случае в сравнении с первой, а также вполне могла похвастаться хвостом в тему, так сказать, но всё ж она никак не тянула, должно быть из-за излишней худобы, на полноценного полного песца, который должен бы был прийти к жуткому кошаку в результате ее действий.

Увы.

Однако нельзя сказать, что всё было напрасно. В итоге самоубийственной атаки отчаянной парочки кичливая тварь каким-то чудом все же получила в бок копьем. Оно чуть ранее было ловко и с едва скрываемой болью в льдисто-голубых глазах подхвачено из ослабевших рук обладательницы уже закатившихся к тому моменту насыщенно-персиковых. Ну и тут же, пусть молча, но с отчетливо ощутимой ненавистью всунуто в какое-то, похоже, очень болезненное место заигравшегося чудища.

После чего «котозавр» уже не флегматично делал вид, что он тут на хвосте всех вертел, а басовито взрыкнул и активно заизвивался, поражая гибкостью, прежде чем яростно броситься в атаку на такого близкого уже мечника со светящимся клинком. Раненый зверь мощно рванул вперед, цепляясь за всё подряд так и торчащим, пока не обломалось наконец, копьем из того самого «болезненного». А самое главное, тварь позабыла о своей все ещё скованной ужасом заложнице. От всей этой активности чудища обе несчастные «лисицы» тут же были скинуты с шипа на хвосте и изломанными куклами улетели в разные стороны. Наверняка умирать, обесценив тем самым всю ранее потраченную на их лечение Круа, но при этом и рождая в душе Кру чувство приязни и благодарности за дарованный шанс в спасении самого дорогого ему человека.

Наверное поэтому очень, конечно же, рассерженный Силин, но и одновременно с этим, как бы цинично это не выглядело, удовлетворенный тем обстоятельством, что две ушастые только что своими жизнями заплатили за жизнь его матери, переставшей уже быть предметом шантажа от лица умного и, видно, коварного животного, так вот, из за всего этого вылезший на передний план Ким решил обречь «котозавра» не на скучную и тривиальную лишь смерть, а, будучи более чем уверен в своих силах, наказать монстра гораздо, на его взгляд, страшнее.