Вигго: Наследник клана

Наконец, я добрался до невысокого дома в глубине запущенного парка. Он выглядел настоящим анахронизмом в этом городе будущего, пусть и пережившем апокалипсис. Проехав по алле, заросшей травой, я остановился у крыльца.

Фасад выглядел так, словно зданию было лет триста: облупившаяся штукатурка, трещины, тёмные пятна и следы дождевых потёков. В общем, весьма живописно.

Я наступил на одну из разбросанных повсюду листовок. В Илионе их было полно: разного цвета и размера, плотности и формы, с картинками и без, они валялись на улицах, словно регулярно сбрасывались с коптеров или глайдеров.

Когда-то во время войн с самолётов скидывали целые тонны агитационных флаеров с целью поразить дух вражеского населения. Наклонившись, я подобрал для интереса три листовки. А может, мне просто хотелось взять паузу перед тем, как постучаться в старый дом.

Первый флаер предлагал интимные услуги и обещал удовлетворить любые, даже безумные (это слово было набрано крупным, жирным шрифтом) фантазии. На обороте приводился прайс, вполне демократичный.

Вторая бумажка зазывала в некое "Братство Судного Дня". Видимо, так называлась одна из местных сект. Ну, или церквей. А вот третий листок неожиданно заинтересовал меня. Он оказался вырванной из книги страницей.

"... и если, охваченный гордыней, решишь, что можешь обойтись без Зверя, или что свободен от его власти, или что готов бросить ему вызов и одолеть его, и возжелаешь нарушить Заветы, то знай: нет силы, способной дать тебе это, и нет возможности избавиться от влияния Зверя, ибо он создал всё, и всё сущее пребывает в его власти и ведении.

Так мы говорим про Архитектора. Захочешь отступить от его Заветов - он уже видит сие. И карает непокорных мгновенно, не давая совершить отступничество до конца - и в этом его великое милосердие, так как уберегает от греха и лишь отлучает от сердца своего. Напомним же, что... "

Очевидно, страница была выдрана из книги Чёрного Зверя, которую я видел во время сна, вызванного анестезией.

Поразмыслив пару секунд, я не стал выбрасывать листок, а сложил его и сунул в карман, толком не понимая, зачем.

Затягивать знакомство с маминым приятелем было бессмысленно. Кто бы ни ждал меня за стенами старого особняка, я должен был с ним встретиться. Хотелось надеяться, что хозяин дома окажется настроен дружелюбно. В голову пришло, что, если он соответствует внешнему виду здания, то должен походить на героя древнего немецкого фильма, отрывок из которого я видел однажды.